Выбрать главу

Михаил КЛИКИН

ЛИЧНЫЙ ВРАГ БОГА

Часть первая

ШАГ НА ДОРОГУ

Большое дерево вырастает из маленького зернышка,

Девятиэтажная башня начинает строиться из горстки земли,

Путешествие в тысячу ли начинается с одного шага…

Лао Цзы «ДАОДЭ ЦЗИН»

Глава 1

С чего все это началось?

С рекламных листовок, брошенных в почтовый ящик? С корявых цветастых слоганов? С кричащих фраз, отпечатанных на бумаге?

«…Два часа бесплатного подключения! Самые низкие расценки! Более ста тысяч компьютерных персонажей! Две тысячи игроков! Незабываемые ощущения! Реальные приключения в нереальном!..»

До этого была реклама по «ящику». Сообщения в «Новостях». Споры медиков, социологов, политиков. «Круглые столы» и ток-шоу. Люди боялись. Они были против.

«Хирургическое вмешательство в мозг может повлечь за собой развитие новообразований, злокачественных опухолей. Нейроконтактер не прошел достаточных испытаний и не может быть допущен в массы. Страшно подумать, к чему приведет повсеместное использование подобного устройства!..»

«Применение этой технологии может быть оправдано лишь в исключительных случаях, но уж никак не с целью развлечения…»

«Не забывайте про психику. Уже сейчас мы наблюдаем катастрофический рост психических отклонений. Подумайте о наших детях, о подростках. О будущем нации. О человечестве в целом…»

«Человек станет рабом сети. Рабом несуществующего…»

«Эскейпизм – уход от действительности…»

Сначала виртуальные миры были развлечением для богатых. Но Цены падали. Техника дешевела. В больницах спешно создавались центры по оживлению нейроконтактеров. Стало модным ходить с пластмассовой коробочкой на виске. Все больше людей выступало «за».

«Дайте нам свободу! Нам надоели законы! Мы хотим жить, а не существовать…»

«Это же игра. Всего лишь игра. Не стоит думать, что мы потеряли ориентацию в реальном и виртуальном. Что мы не видим разницы. Это не так. Вы же не спутаете сон с явью. Там одно, здесь совсем другое…»

С чего все это началось? Что было началом? Первая модель нейроконтактера? Создание глобальной сети? Изобретение компьютера? Микросхем? Полупроводников?..

Так что же было началом? Быть может, появление человека – Человека Разумного?..

Для Глеба все началось с того дня, когда он взял неделю отгулов.

– Собираюсь сегодня в больницу сходить, – сказал он товарищам по работе.

– А деньги откуда? – спросили у него, понимая, для чего он туда идет, и слегка завидуя.

– Накопил. Продал кое-чего. На операцию хватит, я уже договорился…

Была ранняя бестолковая весна. Днем, под лучами солнца, улицы расползались слякотью, а за ночь все снова промерзало. Погода менялась несколько раз на дню. Ветер, казалось, сам не знал, откуда же ему дуть сегодня. То и дело на солнце набегали низкие тучи, но через пару часов они незаметно исчезали, и небо вновь сияло чистотой.

С крыш сбрасывали снег, и вдоль фасадов домов, отмечая опасную зону, тянулись канаты ограждений с красными лоскутами флажков. Глеб шел вдоль гирлянды трепещущих тряпок и размышлял. Он слышал, что иногда охотники, участвующие в облаве на волков, загоняют хищников, отделяя участок леса с помощью подобных алых флажков, и что звери якобы не могут преодолеть ничтожное ограждение из ярких тряпиц. Почему? Что им мешает? Что видят волки в развевающихся флажках?

А куда загоняют его? И кто? Не дворники же на крышах?

Он улыбался, задирал голову и разглядывал высящиеся серые параллелепипеды домов. Иногда он трогал висок, то место черепа, куда скоро будет вживлена маленькая пластмассовая коробочка с частой гребенкой контактов…

С карнизов падали сосульки, разбивались о землю, брызгали в стороны острыми хрустальными осколками. И таяли, лежа в грязном месиве.

– Эй, парень! Тебе не кажется, что у тебя слишком длинный нос?

Глеб обернулся на голос. В нескольких метрах от него, вызывающе поставив одну ногу на деревянную скамью, стоял длинноволосый бородатый крепыш, фигурой напоминающий слегка

меньшенную копию Кинг-Конга. Левую руку он держал на рукояти меча, кулаком правой упирался в бок.

– Зато у тебя нос, словно картофелина, – ответил Глеб, чувствуя, как замирает сердце.

Многочисленные посетители замызганной пивнушки заулюлюкали, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

– Ха! – выдохнул Кинг-Конг и качнул головой в сторону двери. – Пойдем, поговорим.

– Пойдем!

Они вышли из душного бара на улицу. Большая часть посетителей вывалилась из дверей следом за ними.

Пекло полуденное солнце. Небольшая деревенька, стоящая под самыми стенами Города, подернулась колышущейся дымкой раскаленного пыльного воздуха. Деревья задыхались под слоем пыли, налипшей на листьях, бывших когда-то зелеными.

Глеб и крепыш встали на дороге друг напротив друга, не отходя далеко от бревенчатой пивнушки, над входом которой висела на цепях бочка без дна. Они оба надеялись вернуться к оставленному пиву.

– Как будем драться? – спросил Глеб. – До первой крови?

– Ха! Мы что, дети?

В пивнушку вернется только один из них. Победитель. Зрители расступились, образовав кольцо вокруг противников. Кинг-Конг обнажил меч, и у Глеба екнуло сердце, провалилось куда-то к животу, забилось горячо и быстро – такой меч мог иметь только великолепный боец.

– Так что, парень? Мне кажется, что нос у тебя вырос еще больше.

Глеб встал вполоборота к противнику, вытащил из ножен свой неказистый клинок, совсем недавно купленный у старьевщика за пять серебряных монет.

– Ха! – сказал крепыш, демонстративно заведя левую руку себе за спину. Тяжелый полуторный меч он без видимых усилий держал одной правой рукой.

Толпа вокруг загудела в нетерпении.

Глеб прикинул шансы на победу. Они были невелики. Он видел, что его противник намного более искушен в бою, видел, что тот рисуется, уверенный в своих силах. Это и надо было использовать.

Кинг-Конг прыгнул вперед, размахнувшись так, что длинное лезвие едва не задело стоящих позади зрителей. От такого удара уклонился бы и младенец. Глеб просто чуть отступил и слегка пригнулся. Клинок прогудел над его головой.

– Ха! – удивился крепыш. Он занес свой меч для очередного удара, но Глеб не стал ждать – он рванулся вперед, обходя противника по касательной, и коротко ткнул его в незащищенное кольчугой бедро. Кожаная штанина лопнула, и из пореза брызнула кровь.

– Ха! – Кинг-Конг взъярился. Только что не застучал себя кулаками в грудь. Перехватив оружие двумя руками, уже не красуясь, он безрассудно бросился на изворотливого новичка и вновь наткнулся на колючее острие невзрачного меча. Глеб сделал два скользящих шага и в одно мгновение оказался за спиной противника. Присев, он с силой рубанул крепыша по ногам, подрезая сухожилия и мышцы с обратной стороны колена. Кинг-Конг взревел, хотел было развернуться, но его ноги подкосились, и он рухнул лицом в пыль.

Толпа довольно загудела, раздались редкие аплодисменты.

– Добей его! – крикнул кто-то.

Глеб приставил клинок к голой шее поверженного крепыша, чуть надавил, прокалывая кожу, но передумал и отвел меч.

– Добей! – кричали уже несколько голосов. Глеб развернулся и пошел в бар.

Ближе к вечеру в дверь его комнаты постучали.

– Открыто! – крикнул Глеб.

Несмазанные петли скрипнули, и в комнату осторожно вошел хозяин, неся в руках какой-то сверток, судя по всему, весьма тяжелый. Он поклонился, на всякий случай осведомился еще раз:

– Можно? – И, получив молчаливое согласие постояльца, подошел к самой кровати, на которой сидел Глеб, осматривая свой меч.

– Вы хорошо бились сегодня, – сказал хозяин.

– Спасибо. – Глеб пробовал пальцем остроту лезвия, выискивая на нем свежие выбоины.