– Левиафан! – громко цокнул Фогот. – Не думал, что услышу здесь это слово.
– Что ты про них знаешь? – с интересом спросил Алекс.
– Немного… за всю свою жизнь я лишь раз участвовал в схватке с левиафаном. Причем это сложно было назвать полноценным боем. Левиафан приблизился к одному из секторов Второго Радиуса и остановился на границе. И пока он так стоял, туда стянули войска из многих великих школ. Многие отреагировали, в том числе и Корвус. Я тогда еще не был старейшиной… Никто не знал, чем все это закончится. К счастью, левиафан тогда так и не напал.
– Испугался?
– Если бы… скорее, он оставил сообщение и улетел. Эти монстры вообще сильно отличаются от титанов и тварей поменьше. Они не нападают на разумных, едва увидев. А если залетают в Радиус, то не носятся по всему сектору сломя голову. У них всегда есть четкая цель. Считается, что левиафанами напрямую управляет Бесформенный.
– Это так, потому что у них довольно необычные врата, – отметил Алекс. – Они напрямую соединены с Силой. Скорее даже портал, чем врата.
– Портал? – заинтересовался Ренген. – Значит, его можно закрыть.
– Именно так я и сделал. Поэтому левиафан и выпустил нас. Еще помогло, что даже внутри Пузыря монстр чуть ли не спал. Вряд ли мы бы сбежали, если бы он действовал на пике своих возможностей. А как с ними справляются во Втором Радиусе? – спросил Алекс, обращаясь к Фоготу.
– Так же, как и с титанами, – ответил тот, – окружают сплошным полем и отрезают от Бесформенного. Но это занимает гораздо больше времени и требует гораздо больше бойцов. При этом бой проводят только на территории Радиусов или Дальних Рубежей. Во тьме Бесформенного левиафаны считаются непобедимыми, и теперь я понимаю почему… Об устройстве его врат я никогда раньше не слышал. Возможно, ты первый адепт, который это выяснил.
– Левиафанов вообще убивали?
– Разумеется! При должной подготовке и на своей территории адепты с чем угодно могут справиться. Однако из них не достают врата. Видимо, все левиафаны устроены по подобию твоей Фермы.
– К сожалению, у Фермы был другой хозяин, – хмыкнул Алекс. – Фест!
– Это имя я тоже слышу впервые, – качнул головой Фогот. – Как и о том, что кто-то управляет левиафанами. Кроме самого Бесформенного, разумеется.
– Ты сказал, что они всегда приходят с определенной целью. С какой?
– Обычно они приходят с посланием, поэтому важно его правильно понять с первого раза. Хотя обычно в нем ничего сложного, и левиафаны приходят, когда Второй Радиус пытается расшириться. Собственно, именно это и произошло в тот раз, когда я его увидел – одна школа перетащила из Первого Радиуса слишком много бойцов сразу и основала несколько новых баз, – Фогот на секунду задумался, а затем добавил тихим голосом: – Чудовище было огромным. До сих пор не понимаю, как может существовать нечто подобное. Наверное, это самое большое существо, известное адептам.
– Ха! Ты еще не видел Матку Кракенов, – вмешалась Мирам.
– А это что за чудо? – заинтересовался Фогот.
– В Бездне есть питомник кракенов. Их производит огромное существо размером с небольшую планету. Оно настолько большое, что ему вообще ничего невозможно сделать. Плюс у Матки нет врат в отличие от левиафанов. Она получает энергию напрямую от Вселенной. Вряд ли ее вообще можно убить.
– О таком я никогда не слышал, – удивился Фогот. – Я считал Бездну пустой.
– О! Там очень сложная топология. Например, в Бездне существует нулевой этаж, с которого можно рассмотреть все кластеры. Полагаю, что даже великая гильдия Троп мало что об этом знает, – хвастливо заявила Мирам. – Да, Ренген, мы тебе еще не все рассказали. Я тебе потом как-нибудь объясню подробности. Но не бесплатно… у нас много вопросов к гильдии Троп. В общем, мы согласны на обмен информацией.
– Я никогда и не отказывался… – начал оправдываться Ренген.
– Причем нам нужен не рассказ, а архивы.
– Что, все? Информация о Бездне этого не стоит.
– Все не нужны. Больно надо разбираться в вашей хронологии, списках адептов за последние тысячелетия и какие торговые соглашения вы заключали. Для начала можешь передать несколько архивов по выбранным темам, – милостиво разрешила Мирам. – Я потом сообщу, что именно меня интересует.
– Я обязательно перешлю твою просьбу наверх, – пообещал Ренген. – Когда выберусь наружу, конечно. Или когда мы наладим связь.