— Марин, Денис всего лишь попросил у меня помощи. После чего мы решили, что будет лучше держать это в тайне от тебя. Ну извини! Я правда не могла рассказать.
— Значит, о Денисе ты подумала, а какой будет удар для меня — нет, — во мне кипело возмущение, с каждым разом нарастая по своему объёму и силе. Казалась, что хватит всего лишь пару секунд на то, чтобы потерять самообладание.
— Не знала, что с тобой будет так тяжело, — не знала она, врушка! — Я ведь не собиралась вечно молчать. Ждала, когда ты сама созреешь для этого разговора.
— Считаешь, я сейчас созрела для того момента, когда можно будет тебе раскрыть перед моим носом все карты?
— Можно сказать и так, — ответила подруга, наклонившись ко мне. — Могу успокоить твои нервишки: я не знаю, как вы провели тот вечер. Денис не поделился со мной этими знаниями, хотя я спрашивала его, — ответом на услышанное было моё обиженное молчание.
В мыслях возникали разные идеи, как им двоим можно будет отомстить, но каждую из них я оставляла без внимания, упорно смотря на свои кроссовки. Спустя минуту Соня бросила надоевшие игры в гляделки и собралась было уходить, оставив меня здесь одну. Точно обиделась, раз даже в мою сторону больше не смотрит.
— Мы встретили Терехова, — быстро проговорила я, заметив, как девушка в тот же
миг замерла на месте. Повисла тишина. Надежда, что она ответит, медленно, но правильно угасала.
— Терехова! — воскликнула Соня, заставив меня подпрыгнуть на лавке. Две недалеко сидящих девушки, услышав фамилию засранца, сразу повернули лица в нашу сторону.
— Да тише ты, тише, — предупреждающе шепнула я.
— Он-то что там забыл? — не менее удивлённо спросила она уже тише.
— Не знаю, — пожала плечами я. — Мы тогда с Денисом ждали фильма, когда я и увидела Терехова со Светой.
— Там ещё Света была?!
— Самое удивительное было то, что, когда народ начал собираться в зале, Терехов сел прям рядом со мной, — от воспоминаний меня передёрнуло, а Соня аж открыла рот от услышанного. Видимо не только я одна считаю это совпадением.
— Не может быть такого, — промямлила подруга, смотря на меня во все глаза.
— Весь сеанс у меня были такие же мысли, — сказала я, вспоминая тот вечер в роли злой шутки, оставшейся в моей памяти надолго.
— И как всё прошло?
— Пришлось сбить все планы Дениса, а если говорить точнее, мы сразу после окончания фильма ушли. Я сама захотела сбежать, в чём Денис меня поддержал.
— Обалдеть! — пробормотала подруга, не скрывая эмоций.
— Сонь, — начала я, оторвав ту от размышлений. — Ты мне скажи, я правда нравлюсь Денису? — вопрос прозвучал как-то испуганно, не удалось сделать его более уверенным, что не ушло от Сони, а меня ещё больше смутило. Самой не верится, но я боюсь услышать ответ, после которого придётся принять нелёгкое решение. Слышу рядом тяжёлый вздох, не предвещающий ничего хорошего.
— Ты правда хочешь знать ответ? — осторожно, почти что мягко спрашивает подруга.
— Зачем задаёшь глупый вопрос, раз всё прекрасно знаешь?
— Да вот сейчас смотрю на тебя и думаю, что, наверное, ошиблась в своих суждениях. Всё получилось совсем не так, как виделось мне, — подняв на неё умоляющий взгляд, я для самой себя решила, что отступать уже некуда. Рано или поздно это бы случилось, не завися от людей и времени.
— Ты ему сильно нравишься, Марин, — она делает паузу, внимательно следя за меняющимся выражением моего лица. — Достаточно долго, чтобы влюбиться в тебя по уши. Пусть Денис всегда скрывал свои чувства, постоянно стеснялся в твоём присутствии и усердно пытался не выдать себя своим поведением или взглядом, да даже простым движением, он всё равно ходил, думая о тебе все наши годы совместной дружбы. Сама должна понимать — срок немаленький, а этот скромняга-паренёк ещё влюблён в девчонку, которая не замечает его чувств, — сердце предательски сжалось, ладони вспотели и захотелось отмотать время обратно, чтобы только не задать Соне этот чёртов вопрос, разрушивший всё.
Абсолютно всё на своём пути, оставив мне лишь одну безысходность. Как теперь быть дальше? Что сказать Денису? Я сама себя завела в тупик, из которого не могу выбраться. Надо что-то решать, но что у меня после услышанного получится изменить? Ничего! Ведь, если скажу Денису о своих чувствах, то просто-напросто обижу парня, а себе устрою бессонную ночь, наполненную переживаниями и размышлениями над случившемся.
Мне очень дорог Денис. Много лет дружбы сделали между нами троими невидимую связь, которая была настолько крепкой, что мы могли, заглянув в глаза друг другу, понять, какие испытывает эмоции один из нас. Значит, ощутить на себе переживания Дениса не составит труда.