— Лично я ничего не видела, Марин, — с моих губ слетает стон разочарования, сравнимый с причинённой болью. Кажется, я проиграла этот бой, даже не убедившись в правильности и верности своих действий. Так хочется сейчас стукнуть себя по голове. — Ну так что ты написала? — не унимается подруга, давя на меня сильнее прежнего.
— Гордый индюк в расцвете сил, — с грустью пробубнила себе под нос, не надеясь, что Соня услышит, но до её уха дошло каждое сказанное слово.
— Серьёзно? — испустила она короткий смешок.
— Серьёзно.
— Это он тебя облил водой.
— Тут больше подойдут слова: искупал под душем, — злость на Терехова опять напомнила о себе, закипев глубоко внутри.
Пусть в этот раз она не была сильна, но зато обрела желание в ближайшее время надрать задницу индюшку, слишком рано распушившему хвост. Значит, решил выкрутиться из поставленной ловушки, да и потом ещё умудрился меня поймать в капкан. Ну ничего-ничего, совсем скоро посмотрим, на чьей стороне будет праздник.
— Как хоть у тебя получилось попасться ему на глаза? — продолжает возбуждённо засыпать меня вопросами Соня.
— Моя невнимательность сыграла со мной злую шутку, — признаюсь я, печально вздыхая. Соня опять смеётся. Не думала, что признать собственное поражение станет непреодолимой трудностью.
— И когда ты только всё успеваешь? Не думала над моим предложением сдаться? — последнее слово звучит для меня, как самый страшный кошмар, понимание которого доходит до меня в одно мгновение, заставляя все мышцы тела напрячься.
— Ты чего?! — восклицаю я, резко привстав на кровати. — Конечно же нет и ещё
раз нет! Ни за что на свете я не сдамся этому засранцу.
— Как всегда, не переубедить упрямую, — следует тяжёлый вздох. — Ну правда, Марин, что вы, как малые дети бегаете друг за другом, будто идёт делёжка найденного сундука с золотом? Почему нельзя договориться о мире?
— Потому что между нами его не может быть, — отвечаю я, уверено подводя жирную черту под Сониным предложением.
— Может! — упрямо твердит она. — Просто признай, что вы с Артёмом не хотите этого или, ещё хуже, не думали об этой жизненно важной проблеме, -в какой-то степени Соня была права.
Тяга подруги к нашей с Тереховым дружбе всеми силами старалась направить меня на правильный, по её мнению, путь. Если мы с ним пожмём друг другу руки, искренне поклявшись прекратить разгоревшейся между нами конфликт, то, возможно, я буду более спокойна, а Терехов так и останется придурком. Но нет.
Такой итог мне совсем не нужен. После стольких сделанных мной подсечек он слишком просто выкрутиться из проблем не может. А это значит, что не стоит прислушиваться к советам Сони.
— Между нами не будет мира! — заканчиваю назревающий спор грубым ответом. В трубке слышится тяжёлый вздох. Пробубнив себе под нос пару плохих словечек, Соня прошуршала чем-то, по звуку больше похожему на фантик от конфеты.
— Конфета? — улыбнулась я.
— Между прочем, очень вкусная шоколадная конфета, — произнесла она с набитым ртом. — Решила, что будешь делать с Денисом?
— Ты так говоришь, будто он для меня всего лишь надоедливая мошка, — обиделась я, недовольно нахмурив брови. Мысли о друге, пытавшемся стать ближе, вернулись новой волной эмоций, напоминая о недавних днях.
— Ты сама сейчас так о нём подумала, — упрекнула она. — А на меня все бочки катишь.
— Пока не поздно, я скажу ему правду, — от сказанных слов внутри всё больно сжалось. Самой не верилось в то, что собираюсь сделать. Правильно ли поступаю?
— И в чём смысл твоей правды? — на другом конце линии всё так же продолжают шуметь фантики от конфет.
— Я люблю его, — делаю паузу, пытаясь собраться с мыслями. В руке сжимая телефон, молюсь, чтобы тот выдержал напряжённость нервов и не расплющился прямо у меня в руке. — Но только как друга, — тяжело заканчиваю, чуть понизив голос.
— Тогда ты идёшь по правильному пути, — могу с уверенностью сказать, что прямо сейчас Соня улыбнулась.
— И пусть будет то, что должно быть?
— Да, — ответ подруги подействовал на меня положительно. С облегчением выдыхаю тяжёлый воздух из лёгких и лениво растягиваюсь на кровати. Взгляд обращается к потолку. От усталости зеваю Соне прямо в трубку, после чего слышу смешок.
— Что-то я утомилась сегодня.
— Слышу, — отвечает она, продолжая надо мной посмеиваться. — Завтра Татьяна Николаевна обещала самостоятельную по геометрии устроить. Боюсь, я опять всё завалю.