— Я люблю тебя, мам, — произнесла я, заключив маму в объятия.
— О, девочка моя, я тоже тебя люблю, — в такие минуты ты понимаешь, что семья является самым главным в твоей жизни, ведь только родители смогут дать то, чего не даст нам никто.
— Я просто хотела сказать, что Марк классный, — на этот раз рассмеялась мама, обнимая меня крепче прежнего. В душе сразу стало тепло. Наступило некое спокойствие, все проблемы сразу отодвинулись на второй план. Мы просидели в обнимку около минуты перед тем, как в дверь кто-то постучался.
Я и мама тут же обменялись вопросительными взглядами, но никто из нас не дал ответ, кто может быть нашем незваным гостем. Неужели некто мимо проходящий учуял запах пирога и решил нагло заскочить на чай? Открывать дверь пошла я. Не спеша прокрутив ключ в замке, я наконец дёрнула за ручку. Дальше происходило что-то невероятное. Мои глаза отказывались поверить в увиденное. Ноги будто приросли к полу, а бедный рот от удивления открылся.
На пороге моего дома стоял Артём. Скромно держа руки за спиной, он не решался начать первым разговор, видимо ожидая какой-то знак с моей стороны. Но к сожалению, все мои мысли внезапно ушли куда-то в другую реальность, словно бабочки разлетелись в разные стороны. Что-то там подавать я и в помине не желала.
— Привет, — выдохнул парень, словно до этого момента он вообще не дышал. На его лице читалось явное волнение. Терехов смело смотрел мне в глаза, но боялся пошевелиться. Как ни странно, я его понимала.
— Извини, я без приглашения, — продолжал он, не забыв усмехнуться. Всё тот же индюк. Ничего не изменилось.
— Ну да, — единственное, что удалось мне сказать.
Я стояла сейчас, смотрела на него и чувствовала, как теперь уж точно знакомые чувства накрывают волной. Сердце начало бешено стучать, к щекам поступила кровь, и время замедлило свой ритм. С улицы потянуло прохладой и запахом осени, который я люблю с самого детства. Я вдохнула золотистый аромат, чувствуя, как тело наполнялось жизнью.
В последний раз я дала себе сделать выбор, после чего сделала быстрый шаг к Артёму и в миг обняла парня, прижимая его к себе так близко, как только могла. Терехов не растерялся, немного покачнувшись, он тоже заключил меня в крепкие объятия. Каждый из нас понимал всю драгоценность этой важной минуты, когда за нашими спинами рушилась целая преграда войны.
Каждый из нас хотел вот так вот чувствовать друг друга в дальнейшем, не разъединяя крепких нитей. Мы не решались, а точнее просто не хотели возвращаться за ту границу ограниченных чувств, которая была сравнима с горизонтом. Наконец-то долго висящий занавес опустился.
Правда стала приобретать свой оттенок настоящего, меняя меня и меняя Артёма. Мы смело поддались порыву перемен, дали свободу нам настоящим, тем самым, скрывающимся глубоко внутри нас. Дни беготни, сотня обзывательств, миллион потраченных нервов и надоевшая месть — всё это осталось позади. Мы изменились для себя самих.
— Ненавижу тебя, Терехов, — улыбнулась я, шепча ему на ухо.
— Взаимно, Мосина, — добавил он, опаляя кожу горячим дыхание. В нос ударил запах его духов, и я блаженно вдохнула его, не желая прерывать наши объятия. Теперь я точно знала, что нашей личной войне пришёл конец. Теперь для нас наступил новый уровень. Время чувств и беззаботных дней.
Конец