— Ладно, пойду, — сообразила я. — Пока.
— Чего приходила-то вообще?
— Да так, поболтать, новости узнать. Все же этот Матвей в «Монро» крутится, за Юльку страшно.
— Да не боись, кто твою Юльку тронет, — рассмеялся Витек. — Ты бы поговорила с ней. Ну, дала бы она разок Рамилю, что, убыло бы с нее?
Представив сию тошнотворную картину, я поморщилась. Витька мое настроение уловил, и сразу сник.
— Жених у нее. Любит она его без памяти, — сурово отрезала я. — Так Рамилю и передай. Кстати, а с тобой по поводу смерти Бурганова разговаривали?
— Говорили, а как же, — скривился Шуруп. — Этот Матвей и приходил. Важный, будто на допрос привез. Пару вопросов задал, да и все. Не здесь он ищет. Муса приказов не отдавал, и убивать Бурганова точно не хотел.
— Откуда знаешь?
Понизив голос, Витек сообщил:
— Бур должен был деньги привезти. Большие. Муса их ждал, а не дождался.
— Сперли что ли? — вытаращила я глаза.
— Нет, — замотал головой Витек. — Деньги у курьера, и тот должен был время и место встречи сообщить. Там схема такая: курьер Буру сообщает координаты, тот передает Мусе, и мы забираем. По-другому никак. А теперь с курьером никто связаться не может.
— Ну дела, — согласилась я. — Ладно, до встречи.
Выйдя на свежий воздух, я задышала полной грудью, стремясь поскорее забыть кошачий запах мочи. На ржавой горке с гиканьем катался чей-то ребенок, чуть поодаль, на лавочке, пристроилась компания мужиков. Несмотря на раннее время, они распивали пиво и щелкали семечки, являя собой классический образец местных жителей. Полюбовавшись на беззаботных мужиков, видимо, прогуливающих работу, я поспешила к Юльке, благо, жила она неподалеку, но в более благополучном районе.
Ни на sms-ки, ни на звонки Юлька не отвечала. В принципе, дело обычное — время только час дня, а подруга раньше трех голову от подушки не поднимает. В этом плане она настоящая сова, и предпочитает бодрствовать ночью, а отсыпаться после смены днем. Однако, уже подъезжая к ее дому, я почувствовала, как мое сердце кольнула тревога.
Юлькина дверь была открыта нараспашку. Задержав дыхание, как перед прыжком в холодную воду, я тихонько толкнула створку и вошла, гоня от себя прочь дурные воспоминания. Когда-то я также входила в чужую квартиру, крадущимися шагами, и не смогла забыть увиденное до сих пор. К счастью, Юлька обнаружилась в коридоре, зареванная и с опухшими глазами. Прижимая к груди кусок красного пеньюара, она сидела на полу и горько всхлипывала.
— Юлька! — рявкнула я. — Что случилось?
Замотав головой, Юлька уткнулась в рваную алую тряпку и завыла в голос.
— Юля, — перепугалась я, и присела рядом с ней. — Что такое? Это Вовчик?
Юлька затряслась и мелко закивала.
— Что он сделал? Вы поругались? Ударил тебя?
— Лучше б ударил, — просипела Юля. Я озадачено уставилась на нее. Насколько мне известно, в этом мире, кроме себя любимой, Юлька обожает две вещи: «Монро» и свои тряпки. И если Вовчик ее не ударил, до клуба ему не добраться, то значит… Переведя взгляд на кусок пеньюара, я спросила:
— Он порвал твои вещи?
Юлька опять кивнула и начала подвывать. Принеся подруге стакан воды, я направилась в комнату. Вещи были разбросаны повсюду: пол устилали кусочки юбок, топов, пиджаков и прочей дребедени, на люстре покачивался бюстгальтер, а за оконную раму зацепилось платье. Приблизившись к окну, я выглянула и узрела, как некие бомжеватые личности радостно собирают Юлькины тряпки.
— Что случилось? Объясни нормально, — попросила я, вернувшись к подруге. Та пожала плечами и уныло ответила:
— Да ничего. Я вернулась в шесть утра, а Вовчик на работу собирался. Ну и прицепился ко мне с завтраком. Я ему: спать хочу, устала, а он мне: найди нормальную работу, женщина должна… И прочее. И главное, все словами папеньки своего.
— А ты что?
— Ну я и сказала: хочешь, чтоб я дома сидела, обеспечивай меня полностью. Начали про вещи, и сколько мне нужно денег в месяц, так он разорался, и все выкинул к чертям. Прикинь? И ведь ни копейки на них не потратил!
— Жмот, — поддержала я подругу. Вообще, Вовчик жмотом не был, просто был слишком экономен в некоторых вопросах, и деньги предпочитал тратить на стоящие вещи: технику, путешествия и автомобили, поэтому Юлькино стремление к шмоткам понять не мог.
— Козлина, — яростно утерев лицо полотенцем, прошипела Юлька. — Слышь, Адка, я ухожу от него.
— И куда? — осторожно поинтересовалась я.
— Так к тебе, — радостно объявила Юля. — Перекантуюсь пару дней, а там посмотрим. Пусть новые шмотки покупает.