— Что, не понравилось? — захохотала подружка, глядя на мои сборы.
— Матвей узнал, где деньги.
— Как? — ахнула Юлька, и подалась вперед. — Ты сказала?
— Я что, дура? — скривилась я, а сама мысленно согласилась: дура, да еще какая! — Сам догадался.
— И что теперь… Адочка! — завопила Юлька, вскакивая с кровати и нервно грызя ноготь.
— Бери сумку, — велела я. Подруга послушно схватила вещи, и пропыхтела.
— Тяжелая. Надо на две разложить.
— Так раскладывай быстрей!
Действуя со скоростью света, Юлька быстро расфасовала шмотки в две небольшие сумки, и одну из них протянула мне. Котенок на кровати грустно мяукнул. Я вздохнула. Энди придется оставить здесь — вылезать со второго этажа с переноской невозможно. В конце концов, не выкинет же его Матвей.
— Вадим любит кошек, — сказала вдруг Юлька. — Он присмотрит. Я так думаю.
— Поменьше бы ты думала, Юля, — огрызнулась я. Почесала Энди за ухом, и доверительно шепнула ему: — Я скоро тебя заберу. Потерпи, малышка.
— Время, Адка.
— Пойдем, — я двинулась к окну. Юлька семенила следом, переминаясь с ноги на ногу.
— Адка, вот ты скажи…
— Что? — не оборачиваясь, я перекинула ногу через подоконник, и уверенно встала на карниз. На наше счастье, как раз под окном проходил вполне широкий и устойчивый карниз, а сбоку к стене была приставлена садовая лестница. Оказалась она там, конечно же, неслучайно — Юлька во время моего отъезда дышала свежим воздухом.
— Тебе правда не понравилось? — с придыханием спросила подруга. Я поправила сумку на плече и мрачно ответила:
— Неправда. Черт бы его побрал!
Спуск в сад занял у нас ровно две минуты. Затем мы перелезли через забор и рванули к главной дороге. Удача была на нашей стороне — не успели мы появиться возле трассы, как затормозила старенькая девятка, и пожилой мужчина с роскошными усами поинтересовался:
— В город, девчонки?
— Да, пожалуйста, — ответила я, залезая в автомобиль. Юлька нырнула следом за мной. Лицо у подружки было бледное, она то и дело кусала губы и хмурилась.
— Нервничаешь? — шепнула я.
— А ты?
— Немного.
— Интересно, куда мы поедем? — ударилась в панику Юлька. — К тебе нельзя, ко мне нельзя… К матерям тоже не вариант. По друзьям что ли пойдем? Половина из них мигом нас сдаст.
— Поедем к Лизке, — предложила я.
— Кутеповой? — вытаращила глаза Юлька. — Да она меня ненавидит!
— Потому что есть за что, — меланхолично ответила я. — Ты у нее парня увела.
— Бред, — фыркнула Юля. — Не было такого. Он сам за мной таскался, а я его отшила.
— А не он ли ночевал у тебя целую неделю? — озадачилась я.
— Не он, — соврала Юлька и потупилась. Я вздохнула.
— Ладно, Лизка отменяется. Поехали к Нику.
Водитель высадил нас в районе, где жил Рокотов. От бабушки ему досталась комната в общежитии, и когда он приезжал в наш город, то предпочитал останавливаться там, а не в родительской квартире. Позвонив Нику, я отключила телефон и выбросила сим-карту, велев Юльке сделать то же самое. Не знаю, какие методы использует Матвей, но лучше подстраховаться.
Вахтерша встретила нас подозрительным взглядом. Особенно ей не понравилась Юлькина короткая юбка и топик на завязках. Прищурившись, страж порядка поправила на носу доисторические очки и грозно осведомилась:
— Вы к кому?
— В 310-ю, к Рокотову, — мило улыбнулась я. Вахтерша сменила гнев на милость, и мы потопали по лестнице на 3-й этаж. Разумеется, ни о каких лифтах здесь не слышали.
Юлька брезгливо оглядывалась по сторонам, время от времени замечая в углу тараканов и лужи непонятного происхождения, и нервно цеплялась за край моей джинсовой куртки. Оказавшись перед нужной дверью, я толкнула створку и вошла внутрь.
В отличие от коридора, здесь было уютно. Свежие обои светлого оттенка, новый пол, хорошая мебель. Ник встречал нас, сидя на диване, и при виде Юльки дурашливо присвистнул.
— Ну, Шерлок мой, проходи. Набегалась? Что ж ты от меня такую красоту прятала? — спросил он, кивая на Юльку. Та покраснела и захихикала.
— Все потом, — махнула я рукой. — Что-нибудь съестное есть?
— На столе посмотри, — отозвался Ник. Я посмотрела — одинокая пачка чипсов, бутылка пива и минералки, коробка конфет.
— Негусто.
— Время видела? Одиннадцать ночи, все закрыто, — разозлился Ник. — Где я тебе еду найду?
— И правда, Адочка, — запела елейным голосочком Юля. — Человек и так нас приютил, кров дал, пища какая-никакая есть. Что ты пристала? Мы и так свалились как снег на голову…