я видел беду за каждым окном;
но страх не разбился тотчас о стену молчания18,ведь уже у кровавых пределов изменаопознала гримасы своей отраженье,жажды хищную зависть;
измена! знавал я презрение братства,уязвленье забвением за дверными засовами;
я видел беду за каждою дверью;
я видел позор человека в желании быть человеком,видел вплотную жестокость в ее человечьем обличье,обезображенный лик человека в гордыне, что ведало жаре сухом посреди замурованных знания стен:
vanité de toutes les vanités
j’ai· vu la misère à toutes les fenêtres
plus loin j’ai vu des yeux clairsdes yeux clairs de bâtisseurs de villesbâtisseurs d’intarissables villesils donnaient leurs vies et leurs morts comme le bléla substance même dont resplendit la chair de l’hommela joie venait toujours fleurir dans leurs mains pleines
comment croire à la perfection à la friable dentelletrahison mensonge de la faiblesse sables mouvantsn’êtes-vous apparus lorsque se dressait la confiance entièrefleur offerte où pouvait reposer la paix en sa raison de fer
tant ne se posait plus de question à la fleur offerteque la sécurité semblait planerpareille au duvet de la prunelle dérobée à sa chairdans l’air qui n’aurait été rien autre que la tendressed’homme à hommecomme seuls peuvent en respirer ceux qui ont charge depoésie sansdéfaillir
все суета и ловля ветра19;
я видел беду за каждым окном;
за ними я видел и светлые взоры,светлые взоры строителей града,строителей неразрушимого града:они сеяли жизнь своей смертью, как зерна,мертвой плотью плодя человечности поросль,распускающей радости полные горсти;
как верить еще совершенству, хрусту кружев,предательству, лжи, подвоху зыбучих песков? —это вы расползались, пока здесь ковалось доверие,щедрый цветок, на котором мог прочно покоитьсяразум.
настолько сомнений тот щедрый цветок не питал,что безопасность, казалось, парилапушинкой, что с кожей оторвана терном от плоти,где, явно же, воздух настоен на нежности к людямлюдей:дышать им могли только те, кто послушны поэзии безмалодушья;
nous savons la bête bouscule l’homme en son choix à laracinela détresse durcit sa peautant va le sort à la défaite nous en savons bien davantageet pourtant je n’ai pas cessé de voir en bâtissant les vertusenfantines des yeux clairs à venir
tels je vous ai vu tels vous êtes venustel je m’en irai rejoindre la cachette de la cigaleà l’aube venue je le sais ce sera dans la clartéles aigles des mots connaissent la dévastation de l’abîmed’où surgit la fournaise au berceau des chantiers arables
d’autres graines peuvent chercher leur nourriture de sableen moi-même brillent toujours des yeux des yeux lavivante libertéde la découvertetrop tard a dit une voix serrée dans des mâchoires de glacec’était hier à peine museau fleuri de la fraîcheur dernièreaujourd’hui flaire de nouvelles récoltes
tu m’as appris dédain de la candeur ma joie ma joie desmortssur les genoux j’en porte les marques l’insolence de lafailliteet tu es toujours là enfance couronnéela surprise à chaque tournant
мы знаем, в поисках сути скотина сбивает с путичеловека,его кожа грубеет от бед,судьбы неизбежно крушенье, – мы загодя знаем:и все же, я все еще видел по честности детскойстроителей светлые взоры в грядущем;
я видел вас, такими вы предстали,таким и я вернусь искать в траве цикадна утренней заре – уверен, ясной;словам-стервятникам знакомо опустошенье безднынад пеплом, тлеющим у колыбели пашен;
другие зерна пусть в песке находят пищу —во мне самом всегда сияет взор, глазаживой свободывидеть в мире все!но поздно! – из-под кляпа льда пробрался голос глухо;еще вчера проснулись рыльца и уткнулись в холод,и вот дождались ныне жатвы щедрой;
наивно ты врасплох меня застала, радость —радость смерти;коленки в ссадинах – хвастливые следы моихпадений,и ты со мной повсюду, детство в венце из цветов —изумление с каждым возвратом;
ainsi passent les ans les rires et les socspassent les amours l’angoisse de leur survivrepassez chapelets d’informes animauxfleurs beautés maîtresses de la terre
passez mortes mémoires au son des tambourins de grêlequi parlent de tristesse qu’ils parlent des bonheursles enfants ont grandi d’autres pas viennent sur la neigecoudre pas à pas l’amour à l’allégresse
bâtisseurs de villes immémorialeshautes frondaisons vous bâtisseurs d’étérayonnantes figures aux fronts de plénitudecomme les fruits intacts de l’humaine mesure
invraisemblables présences des quatre coins du mondebâtisseurs de silence au recommencement du mondevous êtes là quatre points cardinaux de la vérité du feutransparences retrouvées aux sources du romarin
et sous la robe des fêtes cachette de la cigaletu es là tu marches avec la forêt humaine(—)
так годы проходят и смех, и лемех плуга,проходит любовь вопреки желанию выжить;проходят пусть скотов немыслимые рыла,цветы и красота – любовницы земные;
проходит пусть мертвая память под дробь барабаннуюградин,кто говорит о печали, пусть говорит о добре! —выросли дети: другие по снегу шагистежки вышивают из любви к ликованию;