– Выбрал.
– И на каком варианте ты остановился?
– На своём, – парировал Рой.
Судя по всему, Лин не ожидала от него такого ответа. Она удивлённо приподняла брови, словно ей только что сообщили невероятную новость о том, что учёные обнаружили на луне существование внеземной цивилизации.
– Можно взглянуть? – попросила старшая сестра.
– Пожалуйста, – он вытащил из кармана красный бархатный футляр и продемонстрировал сделанные по его личному заказу запонки с инициалами Инграма Ландорфельда.
– Красивые, – признала Лин. – Но ты же знаешь, что отец, несмотря на свою состоятельность, предпочитает носить рубашки с пуговицами.
– И что? – Рою внезапно захотелось вывести сестру из равновесия.
– Ничего, – сдержанно произнесла Лин. – Просто я думала, что ты воспользуешься моей подсказкой…
Многоточие в её интонации прозвучало как сомнение в способностях младшего брата принимать верные самостоятельные решения.
– А я не воспользовался, – как будто нарочно провоцируя собеседницу, пожал плечами молодой человек.
В гостиной повисла напряжённая пауза.
<p>
</p>
* * *
<p>
</p>
Наконец к Рою и Лин присоединился сам Инграм Ландорфельд. При любом появлении в обществе он создавал впечатление крайне могущественного человека, и даже теперь, без костюма и галстука, глава семейства вселял в окружающих благоговение.
– Здравствуй, папа! – по праву старшинства первой поприветствовала отца дочь и поцеловала его в щёку. – Поздравляем тебя с днём рождения и желаем дальнейшего процветания!
Она вручила подарок, упакованный в красную блестящую обёртку, перевязанную серебристой лентой с пышным бантом.
– Спасибо, Лин! – улыбнулся мужчина.
– С днём рождения! – коротко произнёс сын и протянул запонки в футляре.
– Спасибо, Рой! – глава семейства передал подарки прислуге, после чего жестом пригласил детей к накрытому столу.
– Прежде чем мы приступим к праздничному ужину, я хотел бы помянуть светлую память Ребекки, которая, к сожалению, не может занять место рядом с нами, – начал свою речь со ставших уже привычными слов Ландорфельд старший. – Она была прекрасной матерью и прекрасной женой, пока тяжёлая болезнь не разлучила нас. И если Ребекка слышит меня на небесах, то пусть знает, что мы до сих пор храним её любовь в наших сердцах.
– Светлая память, – подняла бокал с вином Лин.
– Светлая память, – смущённо пробормотал следом Рой, потому что помнил мать гораздо хуже сестры.
– А теперь давайте поговорим о вас, – предложил Инграм. – Как дела у тебя, Лин?
– Хорошо, папа.
– А у твоего молодого человека?
– Генри просил передать тебе своё почтение. Ему пришлось срочно уехать по корпоративным делам, поэтому он не смог сегодня прийти. Я уже предупреждала тебя об этом по телефону.
– Вы ещё не думали о создании полноценной семьи? – неожиданный вопрос привёл Лин в замешательство.
– Если ты о свадьбе, папа, то мы пока не планировали какую-то конкретную дату…
– А когда собираетесь планировать? – настойчиво поинтересовался отец.
– Даже не знаю.
– Думаю, у вас уже было достаточно времени, чтобы как следует узнать друг друга, – Инграм Ландорфельд разрезал жареное мясо и обмакнул кусочек в соус. – Пора делать следующий решительный шаг.
– В ближайшем будущем мы обязательно обсудим это с Генри, – дала обещание Лин.
– А как продвигается твоя учёба, Рой? – обратился к сыну мужчина.
– Всё как обычно, – отозвался молодой человек.
– Неужели ты не похвастаешься какими-нибудь достижениями? – в голосе Инграма Ландорфельда прозвучало лёгкое разочарование.
Сестра внимательно посмотрела на брата, словно от его следующих слов зависело благополучие всей семьи. Рой ощутил неприятную сухость во рту и потянулся за бокалом, чтобы смочить горло. Нужно что-то говорить, но студенту едва удавалось держаться на плаву, чтобы не вылететь из колледжа, и лишь громкое имя отца кое-как помогало ему в этом.
– Чего же ты молчишь? – утёр губы салфеткой глава семейства.
– Рой всегда ответственно относится к учёбе, – вмешалась в разговор Лин, чтобы поддержать молодого человека.
– Пусть он сам скажет об этом, – мужчина дал дочери понять, что ей не следует влезать в беседу.
У молодого человека вдруг неизвестно откуда появилась глупая идея сказать правду: ему плевать на колледж, у него самый низкий рейтинг среди других студентов, он не собирается продолжать семейное дело. Жаль, что сейчас не было возможности взбодрить себя чудесным кристаллическим веществом, которое мгновенно прояснило бы мысли и подарило бы внутреннее равновесие.
– Должен признаться, этот курс выдался особенно сложным, – выдавил из себя Рой. Не лучший способ сообщить отцу о текущем положении дел в колледже.
– Вот как? – Инграм Ландорфельд отложил вилку и нож и сплёл пальцы рук вместе. Плохой знак.