Саймон окончательно запутался. Наедине с собственными мыслями он мог додуматься до чего угодно, так и не приблизившись к истинным причинам своего пребывания в ужасной комнате.
Неожиданно в голове возник один из вариантов названия гипотетического реалити-шоу.
"Комната смерти".
Он должен здесь умереть. Вот чего от него ждут зачарованные наблюдатели. Саймон даже представил себе последнюю серию. На самом деле пол закрытой комнаты – это хитрым способом устроенный потолок студии, которая находится этажом ниже. И вот кресло с его бездыханным телом переворачивается и опускается вниз, чтобы его могли увидеть зрители. Они будут аплодировать, глядя на мёртвого героя их безумной программы, а потом разойдутся по домам, словно ничего не случилось.
Саймон стиснул зубы и вцепился руками в подлокотники от бессильной ярости.
Если это и впрямь дьявольский Колизей, то надежды выбраться отсюда у него нет.
<p>
</p>
* * *
<p>
</p>
Дверь в комнату долгое время оставалась закрытой, так что у Саймона появилась мрачная мысль: мучитель оставил его умирать взаперти. Но он ошибся. В помещение снова вошёл человек, скрывающий лицо под белой маской.
– Я вижу, ты уже оправился после операции? – в голосе незнакомца прозвучала ирония.
– Ты блефовал! – выкрикнул пленник. – Никакой операции не было! Тебе понадобился весь этот спектакль, чтобы в очередной раз испытать меня!
– Если ты о хирургических разрезах на теле, то всё так, – согласился тот. – А вот если говорить о твоей психике…
– Катись к чёрту, ублюдок! – дёрнулся вперёд Саймон Макферсон.
– Как грубо, – с осуждением покачал головой собеседник. – Разве родители не учили тебя, что с людьми так разговаривать неприлично?
– Ты не человек! Ты… ты… гиена, жрущая мертвечину!
– Меня предупреждали, что у снотворного, которое я тебе вколол вместо наркоза, могут проявляться побочные эффекты. Надеюсь, твоё плохое настроение никак с этим не связано.
– Подонок! Мразь! Развяжи мне руки, и тогда мы поговорим на равных!
– Неужели это и есть легендарное красноречие Саймона Макферсона?
– Стой, что ты сейчас сказал? – изверг произнёс нечто такое, что заставило мужчину насторожиться.
– Ты хочешь воспользоваться своим правом на получение честного ответа?
– Нет, подожди! – Саймон судорожно соображал. У него был наготове вопрос, но невзначай оброненная человеком в маске фраза совершенно выбила его из колеи.
– А ты быстро учишься! Спрашивай.
– Это какое-то реалити-шоу?
Мучитель задумался.
Неужели Саймону всё-таки удалось раскусить его? Почему тот молчит? Может, режиссёр говорит ему по скрытому наушнику, как следует действовать дальше?
– Вынужден тебя разочаровать: это не реалити-шоу, – нарушил тишину мистер Маска.
– Ты ответил не сразу!
– Вряд ли оценка скорости моего ответа является надёжным способом установить правдивость моих слов.
– Тебе понадобилось две или три секунды, чтобы понять очевидную вещь: я раскрыл главный мотив пребывания в закрытой комнате. Где вы скрываете ваши видеокамеры? Каковы ставки на моё выживание?
– Ты ошибаешься.
– Хватит притворяться! Я всё знаю! Больше не имеет смысла мне врать!
– Саймон, ты прячешься от самого себя. Твоё воображение рисует перед тобой самые невероятные обстоятельства, которые кажутся тебе гораздо правдоподобнее истинного положения вещей. Нет никакого реалити-шоу, нет никаких зрителей, нет никаких ставок. Я хочу, чтобы ты понял настоящую причину своего пребывания в этой комнате. Мы задаём друг другу вопросы, воссоздающие картинку головоломки со множеством деталей. Фрагмент за фрагментом детали занимают отведённые им места, соединяются и приоткрывают завесу тайны, но ты изо всех сил противишься, потому что боишься увидеть нечто неприятное.
– Что я должен увидеть? Чокнутого извращенца, взявшего меня в заложники? Больного придурка, наслаждающегося видом моих унижений? Дерьмо в собственных штанах? Что из этого я должен увидеть?!
– Извини, но сегодня ты уже получил ответ на вопрос. Пора вернуться к нашей истории о Сонни, – произнёс человек в маске.
Саймон Макферсон почувствовал, как желудок сжимается до размеров сушёной сливы в предвкушении очередной порции истязаний. Что будет на этот раз? Сонни вывалится из окна и разобьёт голову, или он попадёт под машину и сломает сразу несколько рёбер?
– Несмотря на все добрые поступки, совершённые Сонни, судьба продолжала испытывать его на прочность. В подростковом возрасте его ждали новые лишения. Сначала у Сонни умер отец…
– Нет! Нет! Нет! – отчаянно затряс головой пленник. – Ты не посмеешь этого сделать! Только не мои родители!
– …а через некоторое время вслед за отцом этот мир покинула и мать, – договорил изверг, наслаждаясь производимым эффектом.
– Только попробуй приблизиться к ним, псих! – мышцы на шее Саймона напряглись, но ему так и не удалось преодолеть сопротивления кожаных ремней, удерживающих его в неподвижном сидячем положении.