подумайте, что можно сказать о человеке, свидетельствующем о самом себе, что он –
кяфир. И посмотрите на положение этого человека среди кутбов суфизма…
5. Говорит собиратель похвальных качеств Шаха Накшбанда, шейх Салях: «Наш
господин аль-Беха’ (да будет свята его тайна) пребывал среди своих сподвижников и
сказал: «Поистине, привязанность ко всему, помимо Аллаха, – великое препятствие на
пути идущего (ас-салик)». Говорит шейх Салях: «И в тот момент мне пришло в голову, что приверженность Иману и Исламу тоже, и он тут же повернулся ко мне и,
улыбнувшись, сказал: «Разве не слышал ты слова аль-Халляджа (да будет свята его тайна
и его дух):
Я отошел от религии Аллаха, и куфр –
Мой долг, хотя для мусульман он и скверен»?
Я говорю: весь мир является тем, что помимо Аллаха, и Пророка Мухаммада (да
благословит его Аллах и приветствует) тоже «помимо Аллаха», так что же – любовь к
Мухаммаду (да благословит его Аллах и приветствует) является великим препятствием на
пути мюрида, мешающим ему приблизиться к Аллаху? Если это так, то почему
привязанность к шейху не является великим препятствием для мюрида? Разве шейх не
«помимо Аллаха»? Разве шейх – Аллах? И что означает пришедшая в голову шейха
Саляха мысль о том, что Иман и Ислам также представляют собой препятствие, и что Шах
Накшбанд подтвердил правильность этого своим поворотом к шейху и улыбкой? Означает
ли это, что Ислам и Иман сами по себе являются препятствием, мешающим «идущему к
Аллаху» достичь своей цели, и их следует оставить и избавиться от них? Или есть другое
значение?
Будьте бдительны, мои братья по исламу, и остерегайтесь впадения в ширк суфиев…
Посмотрите на их «извилистые» высказывания и имеющие неясное значения слова, как
они «вдувают» в умы простых мусульман идею о «единстве бытия»...
«Поднятие завесы», или «устранения препятствия» - термин, который часто встречается в
словах суфиев. Это – то, к чему стремятся мюрид в конце своего «пути». В обычном
понимании этот термин означает беспрепятственное созерцание Аллаха, но в понимании
суфиев это означает растворение и исчезновение сущности суфия, достигшего конца пути, в Сущности Аллаха и его объединение с Творцом.
6. Сказал Ибн Саб’ин, один из суфийских философов: «Сын Амины далеко пошел, сказав:
«Не будет пророка после меня»». И он жил рядом с пещерой Хира, надеясь, что к нему
придет Откровение, как пришло оно к Пророку (да благословит его Аллах и
приветствует), опираясь при этом на свое убеждение о продолжении пророчества и что
его можно добиться».
Я говорю: наверное, это было в самом начале, до того, как он достиг «единства бытия», и
до того, как он стал Божеством, поскольку достигший «единства бытия», который
становится Божеством, не нуждается ни в пророчестве, ни в чем-либо другом, поскольку
он – Бог, и все в его глазах – Божества.
7. Послал аль-Халлядж письмо одному из своих сподвижников, написав в нем: «Скрыл от
тебя Аллах внешнюю сторону Шариата и открыл тебе истину куфра. Поистине, внешняя
сторона Шариата – скрытый куфр, а истина куфра – ясное знамение».
8. Приводит аль-Газали в книге «Ихйа ‘улюми-д-дин» такую историю: «Сказал однажды
Абу Тураб своему другу: «Видел ли ты Абу Йазида?». Тот ответил ему: «Мне было не до
него, я созерцал Аллаха, и Он заменил мне Абу Йазида». Абу Тураб сказал ему: «Горе
тебе! Ты обманываешься Аллахом (Высок Он и Велик), а ведь увидеть Абу Йазида (аль-
Бастами) один раз лучше для тебя, чем увидеть Аллаха семьдесят раз!» Далее говорит аль-
Газали: «И подобные вещи не должен отвергать верующий».
Я говорю аль-Газали и всем, кто читает его книги: как раз напротив, верующий обязан
отвергать подобное, потому что это ложь и куфр, противоречащий Корану, Сунне и
разуму.
9. Говорит Ибн ‘Араби в своей книге «Аль-фусус»: «Поистине, когда мужчина разделяет
ложе со своей женой, он разделяет ложе с Истиной (т.е. Аллахом)». Ан-Наблюси говорит, комментируя эти слова: «То есть совокупляется с Истиной (Аллахом)».
Я говорю: плохой комментатор ан-Наблюси и отвратителен Ибн ‘Араби, чьи слова он
комментирует. Так с каждым новым шагом нам открываются все новые результаты
«единства бытия». Поистине, человек, когда он не видит в мире ничего, кроме Аллаха, то
муж у него – Божество, и жена – Божество, и когда муж разделяет ложе с женой, это
Божество разделяет ложе с Божеством! Превыше Аллах того, что они говорят о Нем,
Преславен Ты, о Господь! Слова эти, клянусь Аллахом, - мы боимся произносить их даже