— Ладно. У тебя все плохо.
Я усмехаюсь и убираю руку.
— У меня все не так плохо, но почему Мисти разговаривает с ним? — я смотрю, как они вдвоем вместе идут к зданию психологии.
Она складывает руки на груди и смотрит на меня сверху вниз.
— Ты такая лгунья. Ты так влюблена в него, что это даже не смешно. И я хотела бы напомнить тебе, что наш ассистент. Если ты пытаешься сохранить это в секрете, то у тебя не очень хорошо получается.
Его уводит толпа, и Мисти, к счастью, направляется в другую сторону.
Дэни пристально смотрит на меня, постукивая носком туфли.
— Саммер. Мне стоит беспокоиться?
Я качаю головой и понижаю голос.
— Пожалуйста, держи рот на замке. Ты не можешь ничего говорить Мисти или кому-либо еще. Если доктор Гарсия узнает, что он спит со мной, он может потерять работу, а меня могут выгнать из класса за неподобающее поведение. И меня бы выгнали, Дэни: его мозг слишком ценен для университета. Через несколько месяцев он станет преподавателем. Я никогда не смогу поступить в другое заведение с такой записью в послужном списке.
У нее отвисает челюсть.
— Саммер… ты никогда не признавалась, что занималась с ним сексом. Я думала, это просто увлечение, и вы общались всю ночь.
Я хватаю ее за руку, прежде чем она успевает сказать что-нибудь еще.
— Я люблю его, Дэни. Я в него влюблена. И я пытаюсь понять, что это значит.
Между нами повисает тишина.
— Саммер... — Дэни говорит, прищурившись, глядя мимо меня. — Кто-то наблюдает за нами.
Мой желудок скручивает, и я поворачиваю голову, чтобы посмотреть.
— Кто?
— Ксандер — говорит она ледяным тоном, но ее лицо побелело.
Я замечаю Ксандера, стоящего под большим дубом на краю кампуса. Его лицо скрыто в тени, капюшон надвинут на лицо, руки сложены на груди. На этот раз я не вижу рядом с ним Бьянки в ошейнике или всех его татуировок. Он выглядит так, словно не хочет, чтобы его видели.
И он пялится на нас — откровенно, если позволите добавить, — в гребаных солнцезащитных очках Prada, как будто хочет выставить напоказ, насколько богата его семья.
Семья Витал. Конечно, он должен быть связан с этой империей.
— Просто не обращай на него внимания, — говорю я ей. — Я позабочусь о нем.
Дэни хмурится и проводит рукой по моей руке.
— Будь осторожна с ним, Саммер. Он нехороший парень.
Скорчив Ксандеру последнюю гримасу, она важно направляется в основную часть кампуса.
Я жду, пока она исчезнет, прежде чем собраться с силами и подойти туда, где меня ждет Ксандер. Он знает обо мне все... И теперь, я думаю, он тоже многое знает о Дэни.
Когда я подхожу, он прислоняется к дереву, скрестив руки на груди.
— Чего ты хочешь? — я огрызаюсь на него. — Мне не нравится, что ты на нас пялишься.
Он ухмыляется.
— Я думал, тебе нравится, когда за тобой наблюдают: я слышал, это твой конек.
Я не могу не заметить, как напрягается его челюсть или как вздувается вена на шее. Его руки такие массивные, что могут раздавить меня, как насекомое. Мысль о том, что он раздавит Дэни, пугает еще больше.
Я скрещиваю руки на груди и сохраняю постоянную дистанцию.
— Держись подальше от моей подруги.
Его челюсть сжимается, когда его темный пристальный взгляд скользит туда, куда только что ушла Дэни.
— Конечно, но я не думаю, что твоя подруга хочет держаться подальше от меня.
— Так оно и есть, уверяю тебя.
Его темные глаза вспыхивают.
— Так вот почему я нашел ее прячущейся в моей комнате почти без одежды?
Мой рот приоткрывается.
— Она искала меня, и ее выбор одежды не дает тебе права совать свой язык ей в глотку. Это было до или после того, как ты прижал меня к кровати?
Он прислоняется плечом к гигантскому вязу и прикусывает эту чертову губу.
— Это то, что, по ее словам, произошло? Я думаю, ты бы не поверила, если бы я сказал тебе, что она поцеловала меня, не так ли?
Я не утруждаю себя ответом, потому что меня уже абсолютно ничто не удивит.
— Ты знаешь, кто она, не так ли? — я осторожно спрашиваю его. — Ваша семья посадила невиновного человека в тюрьму.
У него сводит челюсть.
— Все, что я знаю, это то, что он осужденный преступник и делал очень плохие вещи хорошим людям.
— Чушь собачья, — огрызаюсь я на него. — Ты защищал кого-то из своей группы. Линкольн рассказал мне все: я точно знаю, кто ты. Я и близко не подпущу тебя к моей подруге, так что уходи.
Он наклоняет голову.