— Вообще-то я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой. Я пытаюсь тебе помочь.
Я кладу руку на бедро.
— О чем ты хочешь со мной поговорить?
Он усмехается.
— Ты мне не нравишься, Саммер.
Я отрывисто смеюсь.
— Ты мне тоже не нравишься, Ксандер. И это все?
Он скрещивает руки на груди.
— Но я действительно забочусь о Линкольне, и я думаю, что ты тоже.
Я моргаю и бросаю на него безжизненный взгляд, прислоняясь к дереву рядом с ним, повторяя его дерзкий жест.
— Конечно, я забочусь о Линкольне.
Его глаза темнеют.
— Ну, ему на тебя наплевать, и я думаю, ты знаешь почему.
Я качаю головой.
— Ты ошибаешься на его счет. Он действительно заботится обо мне, он любит меня.
Он должен любить меня... Ксандера нет с нами по ночам. Он не видит, какой мягкий Линкольн. Какой он сложный, добрый, сосредоточенный и заботливый. Я не верю, что он бездушный.
Голубые глаза Ксандера сверкают из-под капюшона.
— Это Микаэль одержим тобой. Если ты выпустишь его, Линкольна отправят в психушку. Моя бабушка не позволит ему разгуливать на свободе.
Вот оно… Микаэль. Это всегда возвращается к Микаэлю, не так ли?
Мое дыхание становится тяжелым, мое тело вялым при упоминании его имени. Я делаю паузу на мгновение, прежде чем сказать:
— Микаэль уже здесь, Ксандер. Он всегда на заднем плане. Как ты этого не видишь?
Он качает головой, как будто ищет у меня подтверждения тому, что он уже знал.
Я скриплю зубами.
— Послушай, если это как-то связано с тем фактом, что ты не хочешь, чтобы я была частью твоего секретного клуба, не волнуйся, я не хочу в этом участвовать. Я не отниму у тебя наследство.
Быстрота в его голосе лишает меня чувств.
— Это мое по праву рождения, — говорит он сквозь стиснутые зубы. — Но это не имеет к этому никакого отношения.
Мое сердцебиение учащается, когда он подходит ближе, возвышаясь надо мной. Я твердо стою на своем, зная, что он не прикоснется ко мне из-за Линкольна.
— Я планирую уехать из города, — говорю я ему. — Я уже присматриваю универы для перевода на Западном побережье.
— Это будет слишком поздно, черт возьми.
Я выдыхаю, прислоняясь головой к коре гигантского дерева, пытаясь отстраниться от него. Я смотрю в его голубые глаза.
— Ты ошибаешься насчет Микаэля: внутри у него все хорошо, даже если ты этого не видишь. Я не думаю, что ты вообще знаешь своего брата. Я не верю, что он убьет меня.
Часть меня хочет остаться, чтобы доказать неправоту этих людей. Доказать Линкольну, что он сильнее, чем думает.
Он делает угрожающий шаг ко мне, как будто может подойти еще ближе.
— Будь действительно чертовски осторожна с тем, во что ты ввязываешься, милая. На твоем месте я бы убежал подальше от этого города. Ничего хорошего из твоего пребывания здесь не выйдет. Ты не раскрываешь в нем ничего лучшего, поверь мне.
Мое терпение явно лопается, когда я сжимаю кулак.
— В чем твоя гребаная проблема?
Он щелкает рукой рядом с моим ухом, и я отступаю к стволу другого дуба.
— У меня нет проблем, но у меня есть вопрос, — его неуклюжее тело прижимает меня к дереву. — С кем тебе больше всего нравится трахаться?
— Отойди от меня, или я закричу, — угрожаю я.
Он облизывает губы.
— Не могу дождаться того дня, когда он действительно заставит тебя кричать. Тогда, может быть, ты поймешь гребаный намек и сбежишь. Потому что поздравляю, тупая сука, ты выпустила его из клетки.
Я не даю ему времени среагировать. Я выскальзываю из-под его руки и торопливо иду через двор, пытаясь сдержать сжигающее меня желание. Когда я оглядываюсь назад, Ксандера уже нет.
ГЛАВА 35
САММЕР
Наследующий день я жду окончания своего последнего урока и самого конца рабочего дня Линкольна, прежде чем войти в его здание. Я удостоверяюсь, что я последний студент, и мило улыбаюсь секретарше в приемной, прежде чем сесть на стул у его двери.
Слова Ксандера эхом отдаются в моей голове, словно рой шершней, жужжащих внутри.
Пойми гребаный намек и беги.
— Рабочее время закончилось, — говорит темноволосая и довольно невзрачная на вид секретарша, не отрываясь от клавиатуры.
— Извини, у меня просто есть к нему небольшой вопрос, — сухо говорю я, перекидывая рюкзак через плечо.
Несмотря на то, что я проговорила с ним большую часть вчерашнего вечера и даже сделала свое еженедельное задание на день раньше, от Микаэля вообще не было никаких признаков, а я хочу его увидеть.