— Мы много говорили в этом семестре о страхе, — говорит доктор Гарсия, и свет, наконец, падает на нее и только на нее.
Она выглядит неземной, и впервые я вижу в ней не этот великолепный ум, а старую леди... Ту, у которой течет кровь, как и у всех нас. Она единственная ниточка, проходящая через все это.
— Завтра Хэллоуин, — говорит она, и моя кожа становится липкой. — День, когда многие хотят верить в вещи, которые не имеют научного смысла. Призраки, вурдалаки, гоблины... монстры. Но нам не нужно заглядывать так далеко, чтобы найти настоящих монстров, которые должны не давать нам спать по ночам. Монстры, которые живут среди нас. Сегодня я хочу поговорить о психопатии.
Она поднимает глаза и снова как будто смотрит прямо на меня.
— В ваших учебниках вы найдете схему, описывающую диагностический инструмент для различных психических расстройств. Это называется DSM-5-TR (Прим.: Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам, пятое издание, пересмотренный текст), международно признанное руководство по распространенным психологическим расстройствам и их соответствующему лечению. Каждый из вас выберет одно расстройство и назовет человека, вымышленного или реального, у которого, по вашему мнению, это расстройство.
Кто-то кричит:
— А как насчет той пропавшей цыпочки, которая была найдена в лесу и не может говорить? Что это за расстройство?
Несколько человек смеются.
Глаза доктора Гарсии мерцают понимающим блеском, как будто она гордится работой Линкольна.
— Ах, суть того, в чем я хочу углубиться. Что могло заставить эту девушку стать немой? Какой опыт привел ее к потере рассудка? Подумайте о том, чтобы использовать себя в качестве координатора для вашего задания. В конце концов, каждый таит в себе скрытого монстра. Я ожидаю, что работа будет завершена к понедельнику. Линкольн оценит их на следующей неделе и, конечно же, всегда доступен в рабочее время для дальнейшего обсуждения.
Свет в комнате становится ярче. Я быстро тянусь к телефону и замечаю ожидающее сообщение. Мое сердце сжимается, когда я читаю его содержимое.
Тень: Это все еще я, Саммер. Я люблю тебя, красотка. Увидимся завтра.
Как блядь...
Когда Микаэль, или Линкольн, или кто бы это ни был, проходит мимо, мои губы приоткрываются. Его взгляд вызывает воспоминания о том, как он вел себя в офисе. Секс, который я одновременно ненавидела и любила, и, по крайней мере, пока не пройдет дата церемонии Возрождения, я не могу позволить ему прикоснуться ко мне снова.
Я поворачиваюсь к Гранту, пока он собирает свои вещи.
— Эй, Грант, подожди!
Грант поворачивается и смотрит на меня сверху вниз, его мягкие кудри падают ему на лицо. Чувствуя на себе пристальный взгляд Микаэля, я на цыпочках подхожу ближе и целую его. Грант кладет руки мне на поясницу и, несмотря на то что все смотрят, целует меня в ответ.
Он расслабляется, когда я смягчаю поцелуй и хватаю его сзади за шею. Это действительно забавный способ сказать: Пошел ты нахуй, Микаэль. Пошел ты на хуй за то, что уничтожил меня. Это способ вернуть мне контроль.
Грант отстраняется.
— Черт, Саммер, — шепчет он мне на ухо.
Я ужасная женщина.
Я играю с ним, зная, что разбужу зверя, но это все, что я могу сделать, чтобы защитить себя.
Я не могу уехать из города, за мной наблюдают. Я принадлежу Микаэлю, и он это знает. Так что теперь я просто должна играть в свою игру. Микаэль не сможет приблизиться ко мне, если я буду в объятиях футболиста. Ему придется найти кого-нибудь другого, чтобы убить, так что мой план — встречаться с Грантом до конца семестра.
Я беру его за руку и переплетаю свои пальцы с его для пущей убедительности.
— Я бы с удовольствием поужинала с тобой. Как тебе завтрашний вечер?
Мои глаза распахиваются.
Черт. Черт. Черт.
Сейчас девять вечера — я проспала три часа, когда вернулась домой из университета в шесть.
Я тянусь к ноутбуку, щёлкаю крышкой и запускаю его, готовясь к чтению и долбаной долгой ночи. Всё равно сна ни в одном глазу, так что можно хотя бы делать вид, что я собираюсь продолжать учиться здесь до конца семестра.
Ночь — это водоворот тумана и ярости, когда снаружи дует ветер, и на моем подоконнике образуются маленькие замысловатые узоры от первых зимних заморозков. Окно заперто, как и дверь моей спальни, и другие двери в доме. Сегодня я одна, а где-то там есть тот, кто хочет вскрыть меня, как консервную банку, и подать на ужин какому-то тёмному, неведомому богу.
Психопатия.