Свежий аромат кофе проникает в мою комнату, отвлекая меня, и у меня текут слюнки. Я надеваю штаны для йоги, крашу ресницы, натягиваю майку с джинсовой курткой, собираю волосы в неряшливый пучок и выхожу из своей комнаты. Когда я спускаюсь по крутым ступенькам, Дэни и Мисти сгрудились вокруг телефона на кухонном столе, на их лицах запечатлена озабоченность. Ни одна из них не обращает на меня внимания.
Кофейник с кофе почти пуст, и по комнате разносится восхитительный аромат.
— Что происходит? — спрашиваю я, доставая кружку из буфета.
Дэни, выглядящая свежо в мешковатых джинсах и укороченной рубашке, подчеркивающей ее подтянутый живот, наконец замечает меня. Я вижу, что у них обеих в чашках свежий кофе, а меня никто не потрудился позвать вниз, и теперь мне приходится допивать подгоревшую гущу со дна кофейника.
Дэни хмурит брови.
— Ты дерьмово выглядишь. — Дэни — ничто, если она не честна.
Я просто фыркаю и делаю глоток, наблюдая за ними.
— Саммер, иди посмотри на это. Это серьезно пугает, — говорит Мисти, будучи достаточно милой.
Я присоединяюсь к ним только тогда, когда Дэни прибавляет громкость, и имя Безликого достигает моего слуха, привлекая мое внимание. Простое упоминание его имени возбуждает мое любопытство, как и у всех остальных, кто заразился от него лихорадкой.
Всего несколько дней в этом университете, а я уже так же одержима, как и все остальные. Его принуждение сильно, и у меня возникает странное желание большего. Чтобы понять все это... даже темные стороны, которые меня не должны так интересовать. И теперь мне нужно выяснить, связана ли я как-то со всем этим.
Это пресс-конференция в прямом эфире, красный баннер внизу ленты новостей.
Последние новости.
— Помнишь, вчера ты сказала, что это фото новое? — Спрашивает Дэни. — Что ты не видела эту фотографию в Интернете, когда мы проверяли жертв Безликого?
Мое сердце замирает.
— Да.
— Что ж, ты была права. Новости появились только сегодня утром. Эту фотографию никто раньше не видел. Она новенькая и не входила в число четырех жертв подражателя 2002 года.
Желчь подступает к моему горлу, и я стою в ошеломленном молчании.
Вместо ответа я пользуюсь моментом, чтобы насладиться кофе. Как будто мой мозг понимает, что мне нужно сделать, но не может.
Мисти качает головой.
— Сомневаюсь, что она новенькая. Ее все равно убили больше двадцати лет назад. Это просто свежая улика.
У меня пересыхает в горле.
— Ты уверена в этом?
Как я могу описать необъяснимое? Я абсолютно уверена, что на фотографии изображена я. Кажется, что первое фото распространилось повсюду. Мое безжизненное тело выставлено напоказ, как кукла. По крайней мере, вторая фотография, которой он поделился только со мной, полностью моя.
Вкус пепла остается у меня во рту. То, что весь кампус смотрел на меня таким образом, уже было достаточно неприятно, но теперь это еще и транслируют в национальных новостях?
Глаза Дэни встречаются с моими.
— Это должно быть старое видео. Уверена. Они же не нашли других доказательств. Кто-то бы уже заметил пропажу девушки, похожей на тебя.
Мисти поворачивает голову, изучая ее, затем смотрит прямо на меня.
— Она кажется такой... сексуальной. Все это так эротично.
Красный застилает мне зрение.
— Заткнись, Мисти. Прояви хоть немного гребаного уважения к мертвым.
Мисти раскрывает рот.
— Извини… Я ничего такого не имела в виду.
Я сажусь рядом с Дэни, пытаясь унять дрожащие руки. Дэни бросает на меня взгляд, но я предпочитаю игнорировать его, сосредоточившись на репортере, который стоит перед зданием в кампусе. Сегодня здесь будет многолюдно. Власти выясняют происхождение текстового сообщения в первый день занятий и советуют всем не паниковать, но сохранять бдительность.
— Это просто ужасно, — шепчет Дэни, пока репортер переходит к новой теме.
Срочные новости.
— Смотри, — говорит Мисти, указывая на экран, ее глаза выпучены. — Они нашли связь. Девушка пропала в местном колледже в нескольких округах более трех дней назад. Они считают, что это связано с фотографией, которая была отправлена нашему классу. Как убийца-подражатель.
Это привлекает мое внимание...