Мир станет лучше без первоначального обитателя моего тела, и мир станет намного лучше, если в нем буду я.
Я могу сохранить жизнь Саммер, только если буду контролировать ситуацию. Микаэль просто не может выйти из своей клетки, и он это знает. Я — единственная причина, по которой мы не в сумасшедшем доме, единственная причина, по которой он не зарезал сотни девушек за время своего жалкого подобия жизни.
Все, что он видит, — это смерть, кровь и разрушения, и это питает его душу. Чем больше он получает, тем больше хочет, и он ненасытен.
Чтобы отвлечься, я открываю следующее из двухсот эссе, которые мне нужно прочесть. Страницы за страницами дерьма, строчки бессмыслицы и глупые мысли. Я морщу нос при мысли о том, что прочитаю еще одну статью с размышлениями о насмешливом примере с горящим зданием доктора Гарсии, как будто это не она сожгла тот холл дотла. Я бегло просматриваю три из них, оценивая каждую на "отлично", прежде чем, наконец, добираюсь до той, которую так ждал.
Даже вид имени на бумаге заставляет его извиваться внутри меня.
Саммер Лэндри.
Столько чистых, сияющих эмоций течет через него. Его желание к ней вызывает у меня физический отклик, заставляя меня по-настоящему заводиться.
Я обращаю свое внимание на блондинку на моей кровати, которая все еще крепко спит. Ее голые ноги прикрыты одеялом, и она в чистой рубашке.
Я думал о том, чтобы трахнуть ее… Думал. Какой парень не стал бы? Однако я не такой псих, и я не собираюсь трахать ее, хотя мог бы.
Микаэль не единственный, кто привязан к Саммер Лэндри. Он не единственный, кто попробовал ее на вкус все те ночи, когда мы пробирались в ее спальню. Она принадлежала нам обоим, даже если мои мотивы полностью отличались от его.
Ее имя до сих пор вызывает у меня трепет. Часть меня все еще не может поверить, что она заглотила наживку. По ее мнению, она идет по стопам своего отца, а по моему мнению, я хочу в буквальном смысле увидеть, похожа ли она на него, поэтому я заманил ее сюда.
Я уверен, что ее матери это тоже не понравилось.
Маленькая девиантка, не так ли, Саммер?
Я хватаю свой телефон и набираю имя Саммер. Я не связывался с ней после рейва, потому что был занят, и вчера проигнорировал ее на занятиях, надеясь, что она зайдет ко мне в рабочее время, чего она не сделала. Вдобавок к двум занятиям, к которым я готовлюсь, я также работаю над докторской диссертацией, и в январе я защищаю свою диссертацию. Я еще не завершил свое исследование, и, хотя мне неприятно это признавать, девушка, которую Микаэль подобрал на обочине дороги, очень помогает в этом.
Как только я хватаюсь за телефон, раздается звонок от Ксандера. Я провожу пальцем, чтобы ответить, потому что он не перестанет приставать ко мне, пока я не соглашусь потусоваться сегодня вечером.
— Ксандер, — говорю я небрежно, зная, что, вероятно, разговариваю по громкой связи с его девушкой Бьянкой — той, которую он никогда не убьет, потому что я почти уверен, что он ее терпеть не может.
Он быстро отвечает:
— Я понимаю, что ты суперумная и важная персона, но не мог бы ты уделить часок, чтобы подняться наверх и потусоваться со мной сегодня вечером?
Я делаю паузу для пущего эффекта.
— Я могу уделить тебе час.
— Хорошо. Бьянка пригласила свою подругу. Кстати, как прошел твой субботний вечер? Ты исчез от нас на довольно долгое время.
Это заставляет меня задуматься.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь.
Он хихикает.
— Еще как имеешь. Ну и как она, братан? Ты тот ещё ублюдок. Я видел тебя в углу с одной чикой. Это была она, да? Ты же просаживал её насквозь.
У меня сводит живот, когда он произносит ее имя.
— Я не собираюсь обсуждать это с тобой, Ксандер.
Он смеется, и я слышу Бьянку на заднем плане.
— С кем ты разговариваешь?
— С Линкольном. Я сказал, что ты можешь говорить, Бьянка?
Бьянка что-то бормочет, и я представляю, как она сидит на полу у его ног, как хорошая девочка.
Я закрываю глаза и думаю о последнем, что помню с того рейва, о каждом кристально чистом моменте, пока не стемнело. Ее напряженное тело, то, как она погрузилась в меня, ее слепая вера в меня, ее тело, расцветающее от желания. Я наслаждался каждым моментом, пока он не вернулся. Когда я проснулся, его пальцы были в ее влагалище. Когда я пришел в сознание, у меня не было никакого контроля над своим телом до тех пор, пока он не клеймил ее. И теперь его коварное присутствие внутри меня, как паразит.