— Нет.
Я смеюсь.
— Почему бы и нет, Саммер? Тебе нравится, когда на тебя смотрят, не так ли?
— Мне нужно кое-что прояснить, — в ее голосе звучит сталь.
— Прояснить?
— Я думаю, что ты фальшивка: Я думаю, тебе нравится морочить людям голову. Ты используешь знания серийного убийцы, чтобы терроризировать меня — я не думаю, что ты убил хоть одного человека. Так что можешь взять это лезвие и засунуть себе в задницу. И нет, я не буду показывать тебе свои сиськи.
Я издаю мрачный смешок над тем, насколько она неправа. Ночь и тени пронизывают меня насквозь.
— Ты не казалась напуганной той ночью, когда мои пальцы были в твоей киске. Эти стоны, детка.… чего бы я только сделал, чтобы услышать их снова.
Гнев передается по другой линии, и я нахожу ее гнев восхитительным.
— Я была под кайфом. Это ничего не значило.
Это был не совсем мой выбор — клеймить ее подобным образом, но с тех пор, как я это сделал, я не мог перестать думать о ее шелковистом бедре и струйке крови, которая стекала в ее киску, или о растрепанном беспорядке, в котором он ее оставил. Мой член пульсирует, и я бросаю взгляд на Кайли, отчаянно желая, чтобы она была Саммер.
— Как выглядит твое бедро? Ты пришлешь мне фотографию?
Драматическая пауза.
— Никогда больше не связывайся со мной.
Телефон щелкает, и линия обрывается. Вспышка его гнева пробегает у меня по спине, но я не могу не улыбнуться ее настрою. Эта девушка понятия не имеет, на что он способен. Ее выбор в пользу этого университета был худшим решением, которое она когда-либо принимала. Она попала прямо в объятия монстра.
— Молодец. Ты ее разозлил.
Я качаю головой и не отвечаю ему, хотя держу пари, что он все равно слышит мои мысли. Мы не команда. Ничто из того, что я делаю с Саммер, не имеет к нему никакого отношения. Моя одержимость ею полностью отличается от его. Она причина, по которой я здесь, моя единственная цель существования.
Я смотрю на часы, почти девять вечера, и закрываю ноутбук, чтобы подготовиться к тому, чтобы подняться наверх и притвориться нормальным. Если бы это зависело от меня, я бы просто читал и поглощал информацию всю ночь напролет, как я обычно делаю.
Вот почему мир считает меня гениальным, хотя на самом деле я просто много читаю. Я часто бываю опустошен, когда провожу время с другими, но я осознаю важность поддержания внешнего вида, чтобы люди не могли заметить отсутствие человечности в моих глазах.
Я не идентифицирую себя как человек.
Люди чувствуют, людям не все равно... Люди не были запрограммированы на существование с какой-то одной целью. И хотя я действительно испытываю мимолетные эмоции, я нечто совершенно иное.
Я не могу устоять перед желанием сказать следующие слова, поэтому в итоге отправляю ей еще одно сообщение.
Тень: Спокойной ночи, Саммер.
Она не отвечает, и я не буду настаивать на ее ответе, поскольку почти уверен, что завтра она увидит свою оценку, а это значит, что я увижу ее в своем кабинете очень скоро.
ГЛАВА 15
ЛИНКОЛЬН
Это занимает час, один студент за другим заходят в мой кабинет, жалуясь на свои оценки. К тому времени, как они уходили, расстроенные, потому что я отказался поставить им ту оценку, которую, по их мнению, они заслуживают, мое терпение лопнуло.
В частности, я провел целый час с одной девушкой, которая явно хотела оставаться в моем присутствии как можно дольше. Поскольку Мисти — соседка Саммер по комнате, я балую ее и уделяю ей особое внимание, флиртую и играю с ней, потому что однажды она может пригодиться.
Я общаюсь со своими учениками, используя тактику манипулирования, чтобы заставить их почувствовать себя особенными, даже если это не так.
Она накручивает волосы на палец, ее глаза блестят, когда она смотрит на меня.
— Пока, Линкольн, спасибо, — ее слова сопровождаются застенчивой улыбкой, и жар приливает к ее щекам.
— Продолжай копаться в себе, Мисти. Ты моментально поймешь суть, — мой взгляд задерживается на ее коротком платье.
В прошлом у меня хватало наглости трахать своих студентов. Хотя я бы не назвал это наглостью, скорее, это мое данное право. И поскольку я единственный ассистент с постоянным офисом на факультете, довольно легко закрыть дверь и вежливо попросить сделать минет, если студенты хотят от меня большего.
Девушки обычно слишком ошеломлены, чтобы что-то сказать, и я довольно мило отношусь к этому. Удивительно, насколько охотны большинство из них и как быстро они падают на колени.
Я по-прежнему не меняю их оценку, и они ничего не говорят, потому что за это их могут исключить из программы.