— Послушай, Дэни, я понимаю. У меня просто нет времени.
Дэни протягивает мне пальцы.
— Два напитка. Только два бокала вина, потом ты можешь пойти в душ и подготовиться. Кто тебя так отвлек?
Мисти раздражающе приподнимает бровь, ее глаз дергается.
— О... Саммер, я и не знала, что ты с кем-то встречаешься.
— Я не встречаюсь, — отвечаю я слишком быстро.
Дэни бросает на меня взгляд, говорящий о том, что не вешай мне лапшу на уши, а Мисти одаривает меня дерзкой ухмылкой, похожей на ту, которой она одарила меня, когда выпрыгивала из кабинета Линкольна, когда я впервые встретила его там. С того момента мы не разговаривали. Она как будто безмолвно говорила: я тоже хочу его.
— Клянусь, я ни с кем не встречаюсь, — что технически правда.
Взгляд Мисти пронзает меня насквозь, как пылающее пламя. Как будто она видит мой скрытый стыд и завидует.
— О… — говорит она шепотом. — Я думала, тебе нравится наш ассистент.
Мне действительно нравится наш ассистент, и я почти уверена, что он ей тоже нравится.
Он убивает людей, похожих на тебя, мне хочется закричать на нее.
Дэни наливает мне бокал вина, который я принимаю, не обращая внимания на свою мокрую одежду и на то, как меня тошнит от мягкого, сладкого аромата, исходящего от Мисти.
Сильная ревность разгорается глубоко внутри меня. Она разрастается в моем животе и обволакивает мое сердце, сжигая меня.
Это необъяснимо. Как будто я завидую самому ее существованию.
Я свирепо смотрю на нее.
— Нет. Если тебе так интересно, я подумываю о том, чтобы пойти на свидание с Грантом.
Прищурив глаза, Дэни продолжает:
— Грант? Я думала, он тебе не нравится? — она качает головой. — Не обращай на него внимания. Я хочу, чтобы вы с Мисти попытались поговорить с Линкольном сегодня вечером. Мне нужно, чтобы вы отвлекли его, пока я попытаюсь накопать дерьма на Ксандера. Я хочу пробраться в спальню Ксандера так, чтобы меня никто не увидел.
Мы с Мисти смотрим друг на друга в течение короткой секунды, прежде чем обе отводим взгляд.
— Мне казалось, тебе нравился Ксандер? — спрашиваю я ее, бросая взгляд на Дэни.
Ее глаза подергиваются.
— Он горяч, я не стану этого отрицать... Но в нем что-то не так. У меня плохое предчувствие на их счет. Ты знала, что они все отсюда? Все их родители тоже выросли здесь. Все, что они делают, это общаются друг с другом. Это кровосмесительство.
Я пожимаю плечами.
— Это не делает их частью тайного культа. Это не имеет никакого отношения к твоему отцу, Дэни.
Она откидывается на стойку, ее глаза стекленеют, и я тут же жалею о сказанном.
— Я... я не это имела в виду… — у нее заплетается язык.
Я никогда не видела, чтобы Дэни так заикалась.
Она быстро приходит в себя, но это подействовало на нее как удар под дых.
— Это все еще подозрительно. Если на ком-то и написано "тайное общество", так это на этой группе. Вчера я нашла статью, в которой говорится, что они оставляют метки на теле тех, кого убивают. Я хочу побывать в этом доме сегодня вечером. Мне очень любопытно заглянуть внутрь. У меня такое чувство, что они — ключ ко всему.
Я подозреваю, что Дэни тоже не все мне рассказывает. Она всегда так сильно верила в невиновность своего отца. Должно быть, она соединяет какие-то точки, и я, возможно, тоже начинаю их соединять.
Мой желудок горит, когда я тянусь к своей метке и провожу по ней.
Он уже кое-кого выбрал.
Я думаю, это не имеет значения. Он ясно дал понять, что я не единственная блондинка в его поле зрения.
Может быть, он сделал то же самое с Мисти, и именно поэтому она ведет себя так странно. Если она и дальше будет так смотреть на меня, я буду той, кто оставит следы на ее коже.
Я сохраняю нейтральное выражение лица, зная, что Дэни наблюдает за мной. Я живо представляю, как Мисти выкололи глаза, и эта мысль вызывает на моем лице милую улыбку, хотя так не должно быть.
Черт. Что со мной не так? Это не мои мысли. Я так не думаю...
В комнате становится тихо, каждый из нас погружен в свои мысли. Дэни задумчива, Мисти улыбающаяся и я… Я понятия не имею, что со мной происходит, мое тело даже не ощущается моим собственным.
Дэни долго моргает, затем хлопает в ладоши.
— Хорошо, давайте готовиться. Я хочу быть там к десяти.
Я громко вздыхаю и делаю последний глоток вина.
— Это, — говорит Дэни, ее глаза мечутся, между нами, когда она хлопает ладонями по острову, — будет очень весело.
Дэни умеет снимать напряжение.