— Я не помню точно, как вы были одеты, — сказал тот. — Мне показалось, что вы пришли с костюмированного бала, когда явились. В каком доме вы были, Элтон?
— На каком доме, вернее, — спокойно улыбнулся Мартин и повернулся к Дику: — Вы удовлетворены?
Алиби было неоспоримо. Дик неуверенно посмотрел на стенные часы.
— Часы идут правильно?
— Теперь да, — ответил инспектор.
— Что вы хотите сказать? — быстро спросил Дик.
— Вчера вечером часы остановились по неизвестной причине, может быть, от холода, так как они оказались заведены, когда их снова пустили. Они остановились приблизительно в то время, когда вы были здесь, Элтон, и тотчас после вашего ухода констебль обратил на это внимание.
— Очень жаль, — пробормотал Бонни.
Они отправились обратно на Керзон-стрит, и до самого дома между ними не было произнесено ни слова.
— Эти испорченные часы, по-видимому, спасут вас от петли, мой друг, — сказал Шеннон. — У меня есть ордер на обыск в вашем доме, который я сейчас же предприму.
— Если вы найдете хоть что-нибудь ценное для вас, — ответил Мартин, — я первый поздравлю вас с этим.
Глава 32
Письмо
Из всех газет «Глоуб геральд» дал наиболее точный отчет о том, что произошло в тот вечер:
«Вчера вечером в течение десяти минут, очевидно, одним и тем же лицом, были убиты сенатор Лэси Маршалт из Южной Африки, тело которого исчезло, и его слуга Тонгер. Первое убийство произошло на Портмен-сквер, в доме Малпаса, отшельника и, по слухам, скупщика краденого. Малпас, человек странных привычек, исчез из своего дома и теперь полиция разыскивает его. Подробности преступления, собранные сотрудниками газеты, больше похожи на главу из Эдгара По, чем на описание преступления, происшедшего в одном из центральных кварталов города. Без пяти минут восемь главный комиссар Шеннон проводил мисс Одри Бедфорд, служившую секретаршей у Малпаса, до дома 551 на Портмен-сквер. В этот час у мисс Бедфорд было назначено деловое свидание с Малпасом, и мистер Шеннон, тщетно пытавшийся увидеть этого человека, решил воспользоваться этим случаем, чтобы войти в таинственный, строго охраняемый дом. Как теперь стало известно, все окна и двери в доме управляются электрическим током. При помощи особых переговорных устройств Малпас имел возможность общаться со своими посетителями, оставаясь невидимым. Ровно в восемь часов дверь открылась, и мисс Бедфорд вошла в дом в сопровождении капитана Шеннона. В это время Малпас, несомненно, находился еще в доме, потому что они услышали и узнали его голос. Мисс Бедфорд собиралась постучать в дверь его комнаты, когда вдруг там раздались два выстрела. Мистер Шеннон вбежал в кабинет Малпаса и увидел лежавший на полу труп Лэси Маршалта…»
Далее следовало подробнейшее описание всего, что было раскрыто в течение ночи:
«Полиция находится перед необъяснимой загадкой или, вернее, перед целым рядом загадок, которые можно перечислить по порядку:
1) каким образом Лэси Маршалт очутился в тщательно охраняемом доме отшельника, который, как известно, ненавидел его и которого Маршалт до того боялся, что нанял частных сыщиков, чтобы защитить себя от враждебных замыслов старика? Ясно, что какая-то особая причина заставила убитого отправиться в этот таинственный дом;
2) каким образом после убийства был унесен из дома труп Лэси Маршалта?
3) кто убил Тонгера, его слугу, и с какой целью? Полиция предполагает, что убийца был когда-то оскорблен обеими жертвами этой трагедии;
4) где Малпас, и не попал ли он также в руки таинственных убийц?»
Дик прочел газету и невольно удивился точности репортерских сообщений. Все же в них недоставало некоторых подробностей, и он был этим доволен. В десять часов он допросил кухарку Маршалта, толстую пожилую женщину, меньше всех остальных взволнованную печальными событиями прошлой ночи.
— В котором часу ушел мистер Маршалт? — был его первый вопрос.
— В половине седьмого, сэр. Я слышала, как закрылась входная дверь, и Милли, старшая горничная, пошла посмотреть, так как думала, что уже вернулся Тонгер. Потом, решив, что это пришел хозяин, она заглянула в его кабинет, но его там не было.
— Не бывали ли в доме какие-нибудь скандалы?
— Вы хотите сказать, между Тонгером и мистером Маршалтом? — она покачала головой. — Нет, сэр. Правда, они постоянно ругались друг с другом, но Тонгер был особенным слугой. Он близко знал мистера Маршалта, и горничные часто слышали, как он называл его по имени. Они были большими друзьями.