Но не только они активно использовали липкую черёмуху. Боевикам тоже довольно часто требовалось держать какую-либо магию в целости и сохранности. Например, при телепортации. Например, защиту.
— Хорошая идея, — поддержал Теан. — Тогда, может быть, мне всё-таки можно встать? — наверное, именно поэтому и поддержал.
— Тебе же вроде не нужно особо ничего собирать? — строго спросила Вера, сразу осознав то же самое, что и я только что.
— Да нет вроде… — Теан, судя по выражению его лица, понял свою ошибку почти мгновенно, но всё-таки почти.
— Вот и отлично, лежи. А, нет. На, — Вера сунула мне в руки пузырёк с черёмухой. — Разбирайся, а то я совсем забыла этого идиота перевязать, — и направилась к постели, прихватив сумку.
Я же приступила к работе. Именно к ней, а не к сборам — мне всё-таки кажется, что наши жизни немного дороже, чем наши вещи. Хотя вещам я тоже уделяла излишне много внимания.
— Ложку дай.
Вера не глядя достала и кинула в меня маленькую золотую ложечку с маленьким, светящимся желтовато-белым значком смерти на дне, очень тонко и слабо излучающим магию — дезинфицирующим. Я её поймала — то, что кидает Вера, не поймать невозможно, если она, конечно, хочет, чтобы этот предмет был пойман. Прикоснулась каждым пальцем к символу — меня не убьёт, слишком слабый для этого, но вот всю ненужную живность у меня на руках — вполне себе. Открыла пузырёк, поморщившись от мгновенно ударившего в ноздри запаха, приятного, но всё же слишком резкого, и налила черёмуху в золотую ложечку.
Знак мигнул и исчез. После черёмухи все подобные символы нам приходилось перерисовывать заново — статика не подразумевает действия, а отсутствие действия не подразумевает прикрепление знака к ложечке, и поэтому он просто смывался и никогда больше не возвращался на своё законное место, теряясь где-то в моих магических хитросплетениях. Если мне это было важно, я его находила и уничтожала, если нет, то и не волновалась. Но в данном случае лишний знак смерти в плетении совсем не мешал и, хоть он и не был полезен из-за размера и силы, то есть, из-за мелковатости, если так можно выразиться, и слабости, и его можно было оставить.
Вообще-то, в приличные амулеты подобные знаки вставлялись в материал на молекулярном уровне, но у нас ложечка была практически самодельная, так как казённую кое-кто, не будем показывать пальцем, потерял, а второй кое-кто одолжил одному весьма похожему на первого кое-кого сокурснику ещё зимой. Последний, правда, клятвенно обещался достать новую, но верить ему было ещё большей глупостью, чем одалживать. Новую (две новые) покупать было «слегка» не по карману (разумеется, кому я вру, но брать от отчима хоть что-то я не собиралась ни под каким предлогом, даже подаренные когда-то украшения нашла, куда сбагрить), но одну золотую ложку, не очень правильной, правда, формы, выиграл Вере в карты какой-то её ухажёр (был бы через «о», если бы не, собственно, ложечка). Мы кое-как начертили там знак и теперь очень надеялись, что до конца обучения сможем достать вторую, а также сможем сами впаять магию в золото, что умеют артефакторы-четверокурсники, но не умеем мы. Впрочем, второе как раз не обязательно — кто их прямо там проверять будет? И как в следующем году можно будет понять, что они были наши, если эта подложенная свинья вдруг всхрюкнет? Так что в этом вопросе нашей альма-матер оставалось надеяться только на, как выражался наш преподаватель магической физики, нашу гражданскую ответственность.
Я взяла кусок ленты защиты и прочертила кончиком пальца на нём неширокую бороздку, подровняла края, положила на ладонь и осторожно влила внутрь всё содержимое ложки. Заровняла борозду, полностью стерев следы своей деятельности и уничтожив все признаки наличия этой маленькой добавки, и сразу же приделала на ленту «мостик» над черёмухой, дав энергии новую дорогу для связи. Отпустила ленту, и та легко встроилась обратно в решётку, только остался выпирать этот хвост. Я взяла и завернула его внутрь, чтобы он смотрел на нас, полюбовалась на свою работу и оставила так.
Вера уже заканчивала с Теаном, и я немного удивилась, что так долго возилась. Черёмуха требовала аккуратности, но никак не больших временных затрат. Надо было собираться и покидать это не в меру гостеприимное местечко.
По полу, по столу, по стенам и потолку раскинулся широкий, раздольный срач. Большой, величественный и грозный. Толстый и красивый. Не шевелился разве что — наверное, сейчас он устроил себе заслуженный отдых, и спокойно почивал на лаврах, устлав ими пол, стол, стены, потолок… да, действительно, около кровати даже валялся лавровый листок — то ли от Веры, то ли от Геверы Вельгиевны я принесла — кто их разберёт? Тем более, последняя точно когда-то хвасталась, что ей заморский купец по дешёвке продал остатки, которые в Неставе сбыть не смог, а потом всё село к нему сбежалось, а поздно — кончился. Даже трогать этот срач как-то не хотелось — а ну как вдруг проснётся, рассердится, зарычит ужасно, да и замучает до смерти? Или вообще живьём сожрёт, и не выберешься потом.
— Хель, пошевеливайся. — Вера встала и направилась в сторону меня и срача.
Я недоумённо уставилась на неё. Я же, вроде, двигаюсь…
— В смысле?
Подруга подошла и неожиданно щёлкнула пальцами прямо перед поим носом. Я отшатнулась и даже чуть не взвизгнула — её изящные ноготки были явно длиннее, чем полагается нормальным ноготкам. Или мне показалось? Но Вера не удовлетворилась произведённым эффектом и следующим движением ощутимо щёлкнула меня по лбу, кажется, ещё и поцарапав.
— Ай-й! Чтоб тебя!..
— Долговременное вдыхание паров черёмухи вызывает расслабление, притупление чувств и эмоций и, при очень больших дозах, трансовое состояние, — поучительно сообщила мне она. — И ты это, кстати, должна знать — вы это проходили ещё на пятом курсе.
— Да ладно, твои результаты учёбы видны уже по одному только выражению лица.
— Но я хотя бы это помню!
С этим пришлось согласиться, и я, всё ещё медленно и плавно, ведь противодействовать черёмухе невозможно, но уже более осознанно начала пытаться потрогать этот великолепный срач.
Долго пыталась.
Нашла, кстати, иностранную монетку — один лийский лит. Откуда я знаю, как выглядят литы? Отчим в молодости много путешествовал, а я в детстве была приставучая и любознательная. Он мне всё показывал, вещицы всякие занятные, монетки, рассказывал что-нибудь. Литы я запомнила — они интересные такие, серебрянные, а по краям золотистые, и на них на всех король Айнаре, молодой мужчина со слегка вытянутым и каким-то деревенским, что ли, лицом. По-разному повёрнут на разных монетках, но всегда с одной и той же причёской — с двумя косичками, и выглядит это совсем не по-королевски, смешно и немного по-детски. На другой стороне — герб, обвитый стилизованными рябиновыми листьями, на гербе — солнце на закате, море, небо. Не знаю, откуда тут могло оказаться что-то аж из Лие и кто мог эту монетку случайно занести сюда до нас. Взяла её с собой — хороший знак, наверное.
Наконец, я встала и закинула сумку, ставшую, по моим ощущениям, раза в три больше, чем перед практикой, на плечо. Надо бы её уменьшить потом как-нибудь. Жаль, что магией облегчить нельзя. Теан и Вера, навесившая на себя весь наш остальной скарб, очень обрадовались — странно, что они ждали меня не трое суток.
Кстати, а почему враг до сих пор ничего не сделал? Ладно, не важно.
Я макнула палец в остатки черёмухи на специально оставленной для этого ложке.
— Ну, и куда?
Вера сказала:
— Давай в Кривые Лодочки, или недалеко от них в лес. Вряд ли он ждёт, что мы туда сунемся.
— Ага.
Я быстро развернулась на носках, пробормотав единственное короткое слово заклинания для черёмухи, и всё моё плетение погасло, и я тут же активировала телепорт, и всё исчезло.
========== Глава четвёртая ==========
Я задумывала перенести нас на ту самую полянку, где мы убили взрывника. Вряд ли она была бы интересна нашему противнику после того, как мы с неё исчезли, заклятия спали, а кусок леса быстро догорел, не распространив пожар дальше из-за высокого пассивирующего давления атмосферных магических масс, идущих от вулканов в Высыльных горах. По логике, об этом месте как о перевалочном пункте и уж тем более как о временном убежище мы бы теперь думали в последнюю очередь, тем более, спасаясь в спешке и, вполне возможно, в панике. На месте нашего противника я бы пораскидала всяческие телепорт-ловушки в ближайших населённых пунктах и их окрестностях. От этой полянки, конечно, недалеко Кривые Лодочки, но совсем не так близко, чтобы нормальный человек согласился идти это расстояние по кишащему нечистью безо всяких врагов лесу с тяжёлыми сумками и больным в качестве балласта.