И тут коробку ударило так, что я, по ощущением, одним лишь чудом не переломала рёбра об стенку и не свернула себе шею об Веру. Провыв и проругавшись, смогла, наконец, понять, что мы теперь стоим на месте и даже… медленно, будто бы с натугой движемся в обратную сторону.
Нас всё-таки смогли остановить.
Юлий прочувственно выругался и подскочил к какому-то из окон.
— Ну мать же ж вашу… — протяжно и зло раздалось оттуда. — Вот знал же, что они додумаются…
— Раз вы знали, то почему мотались тут? — недовольно отозвалась Яня.
— Потому что не додумался!
— Думать надо было! — немедленно подключилась Вера. Ну да, тут ругаются — и без неё, как так можно, надо срочно исправить.
Он нахмурился и отвёл глаза, признавая вину и неправоту, но потом подумал ещё немного и каяться расхотел.
— Ну ничего, — даже более бодро заявил он, — противомагические щиты много жрут, и левитировать и тем более что-то толкать при этом невозможно. Да ещё и самими щитами. Подождём, пока они выдохнутся.
— Да-да, а ещё позовут подкрепление и придумают что-нибудь более неприятное. А мы в это время, конечно же, можем расслабился, будем отдыхать, поспим, например…
— Вот вы смеётесь, а это, на самом деле, одно из лучших решений сейчас. Мы всё равно мало что можем сделать, а чтобы наблюдать за действиями противника и управлять коробкой, достаточно кого-то одного. Разве что Хеле не помешало бы окна доделать. Я серьёзно. Учитывая количество народу вокруг, толкать нас будут долго, часа так… четыре, наверное. Или даже больше. Как раз поспим немного. Вера, ну ни к чему бессмысленно тратить, силы, ресурсы надо экономить все, в том числе и ресурсы своего организма, а…
— Так, нет. Тихо, — вдруг прервала его Яня, — Почему они толкают нас туда же, куда мы сами летели?
— По ошибке? — тут же ляпнула я, н подумав.
— Им же силы экономить надо?
Мы задумались.
— Мы тупые, — внезапно сообщил Юлий, разглядывая сосредоточенных службистов. Противомагический щит был на расстоянии вытянутой руки, зачем-то многослойный, с большими зазорами между слоями. Как будто у нас хватит концентрации и сил прорвать хотя бы один, лично у меня и в нормальных условиях на это вся ночь ушла бы. За слоями переплетённой магии были немного, как будто через густые кусты, были видны и сами толкатели. Магии и сил на щиты они не пожалели, более того, даже сейчас одни толкали и, я посмотрела, с другой стороны тянули, а другие вились вокруг и доплетали новые слои. Может, Юлий и прав? С таким подходом их надолго не хватит.
— Однозначно, — немедленно заявила Вера. — Уже потому, что вообще в это ввязались.
— Ну наконец-то до тебя дошло.
Нет, ну ничего себе, конечно. Я по дороге к реке повторила ей то же самое раз так примерно триста. А теперь что?
— Хорошо, — ядовито сказала она, — тупая тут лично ты, потому что тащишь к нам абы кого, даже не интересуясь, какие проблемы он тащит тебе с собой. Нет, на твоём месте я поступила бы точно так же, а делать столь благородные поступки предметом обвинений по всем параметрам невозможно, даже неприлично как-то. Но если уж ты так жаждешь поговорить о том, что мы можем, а чего не можем, то формулируй, пожалуйста, свои мысли правильно.
Она несла какой-то нелогичный бред лишь бы нести, но я тоже слишком устала, чтобы вести долгие и изощрённые словесные баталии, поэтому просто сказала:
— Да пошла ты.
— А ну тихо! Что вы опять тут начинаете? Вы устали, вас всё достало, да, конечно, но по этому поводу надо подойти к окошку и пошвыряться чем-нибудь в тайную службу, а не устраивать внутренние разборки! — не выдержал Юлий. — Я, вообще-то, что-то умное хотел сказать!
— Ничего себе, — скептически прокомментировала Вера.
— Тихо! Короче, из реально хорошо охраняемых мест поблизости только тюрьма в горах. Не знаю уж, как они там оценивают, насколько мы опасные и вредные, но вряд ли мы подходим для тюрьмы обычной. Нам не надо никуда лететь, они нас сами туда дотащат!
— Разумеется! Но мы, вроде как, хотели проникнуть туда незамеченными, а не под конвоем…
— Мы бы не смогли, — тихо, на самом краю сознания сказала Яня, — Там… — она вдруг коротко мысленно взвыла и упала как подкошенная, её лицо исказила судорога. Вера на этот раз была слишком далеко, чтобы подхватить, и Яня просто упала на пол. Да уж, очень вовремя.
Юлий как ни в чём не бывало продолжил:
— У Яни был план проникнуть во двор замка, да, она считает, что обе наши цели находятся там, прямо так, не вылезая из коробочки. Она считает, что незаметно это сделать в любом случае не получится, но из коробочки они нас однозначно не вытащат. К тому же, я навесил на свои стенки много всякой дополнительной защиты от ядовитых веществ и всяких поражающих излучений, так что и не убьют без вытаскивания тоже. Потом, когда их бдительность немного ослабнет, мы выберемся из коробочки и тайно проникнем в замок. Дальше импровизация. В коробочке оставляем Яню и Веру, чтобы потом на ней же смогли улететь.
— Я с вами пойду, — немедленно заявила Вера.
— А Яню сторожить кто будет? И контролировать защиту, если вдруг у неё видение? Ещё есть возражения?
— Есть. Яня там была, и она может понадобиться вам как проводница.
— Мы подробно её расспросим, — возразила я. — А если у неё случится видение прямо в замке, то защищать и тащить её на себе будет очень сложно?
— Хорошо, — Вера всё ещё не была довольна. — А от каких веществ и излучений вы защитили окна? Или от каких не защитили?
— Их там много, так не перечислишь. Защита типовая на каждый существующий раздел и много индивидуальных плетений от всякой экзотики, какие вспомнил, а у меня память хорошая, да и опыт в этом плане немаленький. Можете меня порасспрашивать на случайную экзотику, но это, скорее всего, уже будет поставлено.
— Растворение по Глееву-тен Ульну, — даже не оборачиваясь, предположила Вера.
Юлий пристыженно повернулся к стенке.
— Кипящая кровь шаха Иль-Мизрай, — добавила я. — И Лёдзевское вымораживание. А ещё стоит вспомнить про ритуалы орочьих шаманов, которыми они по праздникам заколдовывают всё племя. Особенно их воззвания к духам свободы. Тем, которые свободы разума. Или от разума. Они не считаются боевыми или убийственными, но…
— Я понял, — покаянно ответил он.
— А как насчёт островных храмовых благовоний? — Вера тоже оценила всяческие психотропные гадости как способ уничтожить нас или поиздеваться над Юлием.
— Да понял, понял…
— И, я точно знаю, собранный дым ядовитых вулканов Аманцие вы тоже вряд ли вспомнили.
— Да не дойдут они до такого! Они же тайная служба, а не коллекционеры редкостей!
Вот, мы его наконец достали.
— Мы так и не выяснили, что такого важного мы у них украли, может, они даже не поленятся сами на острова слетать.
— Через половину мира?!
— Подождите, а мы им разве не живые нужны? — Что-то я то ли запуталась, то ли не поняла чего-то важного. — Хейгорёва говорила, что живые.
— Ну а вдруг они решат, что живыми нас взять вообще невозможно?
— Ну ладно.
У Хейгорёвой не решат. Ей плевать, на что там реально люди способны, приказ они всё равно выполнить должны. Она, наверное, и правда на острова Аманцие через весь мир способна кого-нибудь послать, да ещё чтобы быстро, а иначе смерть. А вот если там будет тот тип с косичкой, или этот всеми любимый Косов, или кто-нибудь ещё на них похожий, то убьют. Кстати, а может, этот тип с косичкой и есть Косов?
Больше мы к Юлию не придирались, как и он к нам. Вскоре вернулась из реальности Яня, внимательно перечитывала теперь своё видение, хмурилась.
— Ну что там? — спросила Вера.
— Боюсь, оно очень личное… наверное.
Как по мне, так очень или не очень, но всё же личными можно было называть почти все её видения, разве что кроме неоформленных вещей про растения, животных, камни и всё такое, хотя с точки зрения камней и растений ещё большой вопрос, приемлемо ли это. Но обычно она об этом не беспокоилась, разве что ко мне после видения про отчима подошла. Что там теперь, постельная сцена, что ли?
А, нет. Неважно, какая там сцена. Это должно быть просто про кого-то из нас, и она поэтому аккуратна.