Из подъехавшей машины выбрался Эрш. Щиток его шлема был поднят, и Джулиана заметила, с каким удовлетворением он смотрит, как солдаты подтаскивают Курта к одной из больших машин на воздушной подушке. Когда за ним захлопнулась бронированная дверь, Эрш неторопливо подошел к Джулиане.
— Еще один спасенный? — съязвила она.
— Называйте как хотите, — вежливо ответил Эрш. — Лично я предпочитаю считать это успешным завершением задания.
— Когда вы начнете резню?
Эрш выразительно вздохнул.
— Вы склонны видеть все в дурном свете, не так ли, профессор?
— Я считаю, что геноциду нет оправдания.
— Реморы многих заставили изменить свои взгляды. Правила в этой войне задают они, профессор. Не мы первыми начали убивать.
Джулиану не интересовал его урок истории.
— Разве вы не собираетесь продолжить убивать здесь?
— Нет, не совсем так, — ответил он и добавил: — Мое маленькое войско не в силах справиться с делом, которого вы от нас ждете.
Неужели она ослышалась? Может, она и впрямь все понимает неправильно?
— Значит, вы не собираетесь уничтожать хос’киммов?
— Они враги, профессор, и заслуживают смерти. Впрочем, поздравляю — вы наконец поняли, что мое задание заключается не в том, чтобы их уничтожить.
Эрш сделал паузу, и Джулиана догадалась, что он сейчас скажет, прежде чем майор вновь заговорил:
— Этим займется командующий Стоун и его флот.
30
Куртэлликот сидел в раскачивающейся из стороны в сторону камере, в которую его пихнули шадакейи, и дрожал всем телом. Он дрожал не от холода — в камере было теплее, чем на равнине дельты в полдень. И не от страха, поскольку шадакейи ему не угрожали. Он дрожал потому, что чувствовал себя одиноким.
Шадакейи не взяли больше никого, даже Жент’ах-рхулла. Казалось, они явились специально за Куртэлликотом. Но почему именно за ним? Ведь есть хос’киммы мудрее и опытнее. Солдаты не обратили внимания на Ахзта, Грив и других уцелевших детей Логнена. Значит, причина заключалась не в безжалостной войне против стаи. Шадакейев интересовал лишь Куртэлликот.
Наверное, это из-за того, что он прошел Звездный Путь.
Жент’ах-рхулл назвал Куртэлликота Звездным Путешественником и дал ему имя Дайша-ло дарамак. Дайша начал действовать. Его возвращение означало суд, за которым последует прощение или наказание. Может быть, это испытание, которое Дайша уготовил тому, кто стоит между ним и хос’киммами? Если так, ему, Куртэлликоту, остается лишь терпеть, молясь и надеясь на то, что он окажется достоин.
Это будет непросто.
У него отняли стаю — не снилась ли ему уже однажды эта ужасная судьба? — но вырвать товарищей по стае из его сердца никто не в силах. Куртэлликот цеплялся за воспоминания. Крепко обхватив себя руками, он опустил голову и принюхался. Запах клана не исчез, он успокаивал и вселял уверенность.
На самом деле он не одинок — мысленно он по-прежнему остается со своей стаей.
И он вынесет все.
«Эгинкорт» и корабли эскорта зависли возле промежуточной станции. Прибытие эскадрильи из Конкордата Серентен вызвало оживление среди персонала станции и вселило в Коноя надежду на то, что не все еще пропало.
Стоун никак не отреагировал на появление эскадрильи, только сделал официальное заявление об активности реморов внутри системы и предостерег от вмешательства в дела Лиги.
Командующий эскадрильей Конкордата оказался почти таким же неразговорчивым, как Стоун. Он поддерживал лишь краткие сеансы связи и ограничивался обменом навигационными данными, хотя и попросил о встрече с представителями гражданской и военной власти Чугена, «как только выдастся свободное время».
— Добро пожаловать, капитан Весс, — приветствовал Коной командующего эскадрильей, когда капитан прошел через шлюзовую камеру и оказался на станции. — Мы очень вам рады. Просто ужасно рады. Не могу выразить, как я счастлив, что Конкордат оказал нам поддержку в это тяжелое время.
Офицер пожал Коною руку, однако лицо его оставалось суровым.
— Не будем делать поспешных выводов, директор-распорядитель Коной. Сейчас Конкордат не заинтересован в конфронтации. Наверняка вы догадываетесь, что наше понимание нынешнего положения в Чугене нельзя назвать полным. Поэтому я обязан сообщить вам, что предложенная помощь будет зависеть от того, как заполнятся эти пробелы. Вам это ясно, директор-распорядитель?
— Конечно, капитан Весс. Я все понимаю. Мне кажется, это справедливо. Но, учитывая, что общественность Конкордата осуждает авантюристическую политику Лиги, я не сомневаюсь, что вы будете возмущены происходящим здесь. Угроза, с которой столкнулись сегодня мы, завтра может докатиться до порога Конкордата.
После этого Коной познакомил офицеров Конкордата со своим экипажем, оставшимся на станции, командирами и капитанами двух маленьких военных кораблей и кучки исследовательских суденышек, а также вооруженных торговых кораблей, которые пришли из созвездия Большого Пса. Потом все вернулись в командную рубку, где с помощью записей и пояснений мистера Хоппа Коной сделал все, чтобы дать полный обзор событий, случившихся до, во время и после так называемого «Боя при промежуточной станции».
— И, вероятно, в эту минуту, — закончил Коной, — флот Лиги охотится за «гидрой».
— Значит, она не сбежала?
— Нет, капитан Весс, не сбежала. Похоже, командующий реморов решил отправить ее на спутник Чугена IV.
— Почему вы так думаете?
Коной вывел на главный экран схему внутренней части системы.
— Реморы с самого начала явно стремились войти глубже в систему. Смотрите, если продлить векторы, по которым враг шел до того, как эскадра Лиги заставила его отступить, они сойдутся на орбите спутника Чугена IV.
Капитан Весс понимающе кивнул:
— Значит, им здесь что-то нужно.
— Или они хотят здесь что-то сделать.
— Почему вы так думаете?
Коной объяснил теорию Лиги относительно оставленного на орбите маяка.
— Возможно, они хотели вызвать подкрепление.
— На их месте мне бы обязательно понадобилось подкрепление, — кивнул капитан Весс. — Если предположить, что я не могу просто сбежать. Есть ли какая-то причина, по которой они не могут просто сбежать?
— Понятия не имею, — признался Коной. — Это же реморы.
— Да, действительно. — Капитан одного из кораблей Конкордата наклонился к Вессу и шепнул ему что-то на ухо. Командующий эскадрильей кивнул. — Директор-распорядитель, Лига по-прежнему уверена, будто местные жители Чугена — остатки заброшенной колонии реморов?
— Или потомки реморов, уцелевших после кораблекрушения.
— И они продолжают получать сообщения от научной группы с Чугена IV?
— Регулярно.
— Могу я просмотреть эти сообщения и еще какие-нибудь материалы по планете, которые посылала вам Лига?
После знакомства с материалами капитан Весс попросил Коноя о разговоре с глазу на глаз. Когда они остались одни, он протянул Кену микрочип.
— Здесь — код доступа к определенной линии связи вашей коммуникационной сети.
— Откуда это у вас? — с подозрением спросил Коной, беря микрочип.
— Боюсь, я не имею права вам это сказать. Не смотрите на меня укоризненно, директор Коной. Я, как и вы, блуждаю в потемках. Тем не менее мне дали понять, что эта информация прольет свет на создавшееся положение. Предлагаю ее просмотреть.
Оказалось, что некая линия связи, якобы предназначенная для второстепенной телеметрии, обрабатывала определенные сигналы с Чугена IV и в закодированном виде включала их в исходящие со станции сообщения. Коной сразу узнал характер раскодированных посланий.