— Ах! Пожалуйста, только… ох… только вытащи!
Навалившись на девушку, я сдавливаю ее щечки и заставляю посмотреть мне в глаза.
— Без тебя разберусь, куда мне кончать.
— Нет! Прошу, сегодня… ах!.. сегодня не безопасно… м-м-м!
Цензори закатывает глаза от удовольствия. Похоже, ей оргазм грозит больше, чем мне.
Действие навыка "Приказ" закончено!
Неожиданно. Не уследил за таймером. Теперь начинается игра на тоненького.
Резко отстранившись, я выхожу из аристократки. Влажные половые губы чмокают головку на прощанье, но остаются призывно открытыми.
— Что? П-почему…
Я откидываюсь на спинку дивана, а недоумевающая Алекса приподнимается следом. Ее затуманенный похотью взгляд скользит по моему стоячему, блестящему от женских соков жеребцу.
— Почему ты остановился? — спрашивает она жалобным голоском.
— А что такое? — лукаво улыбаюсь я.
Аристократка прячет смущенный взгляд.
— Просто я тоже… скоро… ну…
Женские бедра призывно раздвигаются. Изумрудные глаза горят желанием. Большая, но упругая грудь часто вздымается. Пальчики массируют клитор.
Все тело Алексы изнывает от жажды. И напоить ее могу только я.
— Я устал, малышка, — беспомощно развожу руками и подмигиваю. — Если хочешь кончить, придется потрудиться самой!
Цензори смеряет моего жеребра неуверенным взглядом и прикусывает губу. Аристократическая гордость борится с примитивной, животной похотью.
Сейчас все решится. Без Приказов, без грубой силы и унижений. Простой выбор. И Алекса делает его.
Она робко подползает ко мне. Обнимает за шею и перекидывает ногу через мои бедра. Медленно опускается, пока ее влажная киска не прижимает член к моему животу.
— М-м-м… — девушка прикрывает глаза от удовольствия и, двигая бедрами, облизывает половыми губами мой ствол.
Я никак не помогаю, лишь устраиваюсь поудобнее и наблюдаю за шоу. Наконец, Алекса перестает заигрывать, берет член и направляет в свою киску.
— Ох-х-х, да-а-а! — расплывается она в довольной кошачьей улыбке и начинает активно двигать бедрами.
Я с удовольствием расслабляюсь, отдаваясь ощущениям тесноты, мягкости и горячей влаги. Однако, когда стенки влагалища начинают подрагивать, я тут же выхожу.
— Ох, заче-э-эм? — стонет обиженная девушка.
Я прижимаю ее к себе и целую в шею, получая в награду блаженный стон. Кусаю за ухо, вызывая волну дрожи, и шепчу:
— Ты приняла мою суть. Прими же и мое семя!
Я встречаюсь взглядом с Алексой. В ее глазах не остается ни крупинки разума или здравого смысла.
Одна лишь жажда.
— Х-хорошо-о-о… — кивает аристократка и со сладким стоном насаживается на мой ствол.
Я довольно ухмыляюсь.
— Хочешь кончить?
— М-м, да! Хочу! — двигая бедрами, мурлычит Алекса.
Я с силой стискиваю ее ягодицы.
— Так сильно, что готова понести от простолюдина?
— Ах! Да-а-а…
— Скажи это!
— Я… м-м… хочу… ах!.. от тебя… мгха!.. ребенка!
Моральные барьеры Александры Цензори сломаны!
Ментальное равновесие: критическое
Шанс становления верующей: 98.9 %
Конец игры. Благородная леди уступила место самке, которая просто хочет в себя большой член. Дело за малым: признать это.
Я заламываю руки Алексы за спиной, переворачиваю ее на спину, подминаю под собой и отбойным молотком вколачиваю в нее член.
— Ох! Да! Боги! Еще! Еще! М-м-м…
А ведь совсем недавно она звала на помощь мамочку, чтобы справиться с моим размером.
В какой-то момент я снова вытаскиваю и ловлю обиженно-негодующий взгляд.
— Повторяй за мной: я твой господин.
Алекса капризно надувает губки. Но она не получит того, чего хочет, пока я не разрешу.
Аристократка заливается краской до ушей и прикрывает глаза ладонью.
— Ты… мой…
— С господином только на "вы"! — одергиваю я.
— В-вы… мой… господин…
В качестве поощрения я вхожу обратно, чем вызываю благодарный стон.
— Ты моя личная шлюха.
— Я ваша… личная… ш-шлюха…
Поощрительный толчок. Цензори мурлычит от удовольствия. Я отнимаю ее руку от лица, заставляя посмотреть мне в глаза.
— Твои тело и душа принадлежат мне!
Алекса стыдливо отворачивается.
Еще один поощрительный толчок.
— Ах! М-м… мое тело… и моя душа… ох-х… принадлежат вам!
Воля Александры Цензори окончательно подчинена!
Культ: +1 верующий
Со звериным рыком я загоняю своего жеребца на всю длину и извергаюсь глубоко внутрь горячей пульсирующей киски.