Гадство…
— Поделом, — хмыкаю я и осторожно замечаю: — Ты же из другой гильдии… Омега, кажется. Причем здесь вы? Или вы с Гидрой…
— Нет, — отрезает собеседник. — Наш Босс даже под дулом пистолета не станет вести дела с наркотой. Даже наоборот… но, уж прости Тин-Тин, это не для твоих ушей.
Я равнодушно пожимаю плечами и жестом прошу бармена повторить. Он оказался прав, мне понравилось.
На самом деле, настоящего равнодушия я не испытываю. Проблема в том, что завершать начатое я научился как раз у Тони.
Если он уж взялся за дело, то расшибется в лепешку, но доведет до конца.
— От меня-то ты чего хочешь? — спрашиваю я и делаю глоток с обновленной стопки виски.
— Предупредить, — удивляет смуглый. — Если без подробностей, то история с убийством Скрипача и его банды слишком мутная и… я бы сказал, дерзкая. Мне дали задание узнать, кто пошел на такой риск. И я уже близок…
Выдох, глоток, вдох.
Расслабься, Костя. Если Тони уже все знал, то разговор шел бы по-другому и в другом месте.
Собеседник продолжает рассказ, и я спокойно выдыхаю. Оказывается, Тони просто нашел тех шлюх, что зависали с людьми Скрипача. Девки, естественно, рассказали про курьера. Но кроме высокого роста и форменной одежды ничего больше вспомнить не смогли.
Опираясь на униформу, люди Тони нашли нужную фирму. Пришли к Дрюкову, выбили имена курьеров, которые в тот день работали в районе Хай-Града и теперь собираются, мягко говоря, побеседовать с ними.
Про меня Тони вспомнил лишь за компанию, а заодно решил предупредить, чтобы я был осторожнее на работе. Мол, убийцы Скрипача могут быть связаны со Стрилогик, могут вербовать курьеров и еще куча неприятных и опасных вариантов.
В целом, Тони даже в голову не приходит, что один курьер мог перебить банду наркоторговцев и что этим курьером могу быть я. Когда же парень поговорит с курьерами, которые, разумеется, ничего не знают, то зайдет в непроходимый тупик.
Однозначно хорошая новость. Не зря я согласился встретиться.
Когда в последнем раунде Монах неожиданно отправляет Буйвола в ноукаут, тем самым зарабатывая титул чемпиона, бар взрывается радостными и возмущенными криками. Пора бы мне уже запомнить, что я всегда прав.
Немного раздосадованный упущенной выгодой, я оставляю на стойке пару купюр и молча ухожу.
— Я все еще жду тебя в "Альфе", — бросает вслед Тони.
Когда подозрительный тип, якобы старый друг Старшего, наконец-то уходит, один из членов отряда за столом подходит к барной стойке.
Парень делает заказ бармену и обращается к Тони:
— Проследить за ним?
Допив свой джин, Старший бросает:
— Просто узнайте, где он живет. Мне так будет спокойнее.
Кивнув, парень жестом показывает паре ребят из отряда выдвигаться наружу.
Добравшись до своего дома, я машу на прощание людям Тони, трущимся под аркой переулка. Они продолжают делать вид, будто не следили за мной все эти кварталы от бара и остановились здесь чисто перекурить.
На что-то такое я и рассчитывал от старого знакомого. Он жуткий перестраховщик и команда проследить за мной до дома вполне вписывается в его предупреждение о возможных опасностях. Вряд ли Тони реально меня в чем-то подозревает.
Поднявшись до своей квартиры, я вхожу внутрь и застываю на пороге от увиденной наглости.
В моей квартире, на моем разложенном диване, в моих футболках, без моего на все это безобразие разрешения спят мои верующие.
Если Алисе, маленькой девочке, это еще простительно, то Алексе… скорее всего, мини-апостол ее и подбила на это.
Я уже видел подобное в приюте, когда к нам подселяли новичков, которых бросили или у которых погибли родители. Первую ночь никто никогда не мог уснуть.
Учитывая привязанность Алисы к матери, это вполне нормально. Но диван все-таки мой.
Раздевшись, я расталкиваю девчонок в стороны и заваливаюсь по центру. Что-то недовольно бурча сквозь сон, верующие начинают делить территорию, забрасывают на меня руки и ноги.
Как же не хватает кондиционера! Найду для Цензори управляющего и съеду из этой конуры в нормальные аппартаменты. У Юноны разъездная работа, думаю, она сможет подобрать хорошие…
— Тум-тум-тум!
Разлепив глаза, я переворачиваюсь набок и тянусь к столу за своим телефоном. Цензори сквозь сон принимает это на свой счет и начинает ластиться ко мне.
— Тум-тум-тум!
На часах шесть утра. Кого могло занести ко мне в такую рань?