«Что ж, это будет хорошая битва», — с каким-то мрачным удовлетворением подумал про себя Император.
На другом духовном корабле, стремительно летящем к территории секты «Луны и солнца», в командирской рубке стояла и улыбалась Палач Императора. Хотя улыбкой это можно было назвать с большой натяжкой. Её привычное безумие, обычно подавляемое благодаря правителю, сейчас начало вырываться наружу. В отличие от большинства других практиков, находящихся сейчас на кораблях и наблюдавших появление огромного пылающего чёрным огнём феникса, девушка буквально жаждала сражения.
Она рвалась вперёд, чтобы почувствовать на губах вкус крови, окунуться в страх и возбуждение настоящей битвы, где каждый поступок и движение грозит гибелью тебе или твоему противнику. Она была безумна, но что с того, если её безумие помогало правителю в такие моменты, как сейчас?
— Это будет хорошая битва! — сама того не подозревая, она повторила слова своего правителя и с наслаждением рассмеялась, заработав несколько неприязненных взглядов со стороны других практиков, находившихся сейчас рядом с ней, в том числе и капитана корабля.
— Держите себя в руках, госпожа Палач, — заметил он. — Нас сюда послали, чтобы помочь уважаемым мастерам, а не для безрассудного сражения.
— Ты дурак, если не видишь, к чему всё идёт, — отмахнулась она от капитана, заработав от него ещё один полный ненависти взгляд, но даже и не подумала реагировать на это. — Используй полную зарядку духовных орудий, капитан. Милая тварь уже совсем близко.
В это же время Фэлл, находясь рядом с портальной площадкой, безмолвно наблюдала за разворачивающейся в небе картиной.
По её лицу, как обычно, ничего нельзя было прочитать, и лишь побелевшие костяшки пальцев из-за судорожно сжатых кулаков говорили, что её внутреннее состояние было далеко от спокойствия.
Большая часть защитников, возглавляемых Яни, уже пересекли портал, прячась от приближающегося хаоса в поместье остались лишь несколько самых сильных практиков, Фэлл и десяток охранных конструктов. Они расположились рядом с порталом, под массивами сокрытия и печатями скрытности, готовые в любой момент уйти через врата. И деактивировать их с другой стороны. Нельзя было допустить вторжения на территорию руин.
Принцесса смотрела, как чёрный Феникс стремительно пролетает через кварталы Нидора Тан, оставляя за собой пепел и разрушения. А его воплощения бросаются на то, в чём по какой-то причине видят угрозу, уничтожая то, что уцелело после полёта Феникса.
«Нам повезло, что он не задел окраины», — мелькнула у неё мысль, продолжая смотреть на величественный и такой страшный полёт огромной птицы. — «Чего не скажешь об Айдене и других».
И, словно подтверждение её слов, тварь, наконец, появилась в центральных районах, буквально падая с высоты на территорию «Луны и солнца», где должен был сейчас находиться Айден и старательно расставленная ловушка.
— Кра-а-а-а! — полный ярости крик, на этот раз куда более громкий, взлетел к самим небесам, а в следующую секунду мир вокруг Фэлл содрогается от удара.
Она не знала, что за массивы и печати создавали всё это время стражи, но вот результат их работы оценить смогла. И не одна она. Там, где упал огромный Феникс, ввысь устремились потоки духовной энергии, настолько плотной и чистой, что даже Фэлл с её развитием ослепла на мгновение.
А затем по всему городу прокатилась волна морозного воздуха, которая в одно мгновение покрыла инеем и изморозью стены построек и каменную плитку. По ушам вновь ударил крик феникса, только на этот раз вместе с яростью в нём явственно слышалась боль и… страх.
Не удержавшись, принцесса взлетела на несколько метров ввысь, чтобы с шоком увидеть, как на месте территории секты «Луны и солнца» поднимался на несколько десятков метров ввысь огромный ледяной цветок, похожий на лилию.
А в его центре бился в неистовстве огромный Феникс, не в силах вырваться из ледяной ловушки. Зверь был лишь наполовину закован ледяными оковами. Его пламя в буквальном смысле взрывалось, поднимаясь и пытаясь охватить цветок, сотворённый из концентрированной ледяной концепции. Уничтожить, разрушить его. Но пока без особого толку.
Вот только с каждой секундой сила ударов твари всё увеличивалась, а сам феникс уже не считался ни с ранами, ни с потраченной духовной энергией. Он кричал и неистовал, пытаясь разрушить свою тюрьму. И Фэлл с ужасом поняла, что у него получается — по цветку уже шли трещины, а сам он быстро крошился, но всё продолжал держаться.