Он внимательно следил за каждым моим движением, фиксировал реакции и анализировал ошибки. Я тоже наблюдала и постепенно начала замечать его уязвимости. Например, его зависимость от артефактов. Ашинар использовал множество магических предметов, чтобы поддерживать свою силу: перстень с чёрным камнем, поглощавший чужую магию; амулет на шее, питавшийся энергией лун; посох, служивший проводником тёмной энергии. Без них его магия ослабевала. Да, несмотря ни на что, он был, безусловно, сильнее всех в Лидории, но не всесилен, и, лишив его магических предметов, его сила существенно пострадает, а это делает его не таким сильным противником, угрозой — да, но не тем, над кем нельзя одержать победу.
Его сила была особенно велика в полнолуние Морны, а в дни, когда обе луны скрывались, он становился раздражительным и менее могущественным. Это была его главная слабость, которую можно было использовать для побега. Гордыня также играла против него. Ашинар был уверен, что никто не сможет его перехитрить. Он недооценивал меня, считая, что я полностью под его контролем.
Зелёный замок сам по себе был артефактом. Его стены, полы и воздух подчинялись рунам. Нарушение их баланса могло привести к сбою в магической структуре замка. Да и сама защита вокруг замка держалась на ритуалах защиты, один сбой — и всё рухнет, ненадолго, но рухнет, и этого может хватить, например, для захвата замка. Вряд ли люди станут нападать на Ашинара, слишком уж мрачная у него репутация, но если вдруг... Слабые места есть у всего.
Одиночество было ещё одной его слабостью. У Ашинара не было настоящих союзников, только слуги и посланники, которые его боялись. Даже женщина в серебристом плаще, сопровождавшая меня в первый день, держалась настороженно. Они служили ему из страха, но если бы появился кто-то равный или превосходящий его по силе, они бы переметнулись.
Я училась, узнавала, изучала, но ни на секунду не забывала о своей цели — сбежать. Я действовала крайне осторожно. Под предлогом изучения рун я попросила у Ашинара доступ в библиотеку замка. Он разрешил, но с условием, что рядом всегда будет стражник. Но даже так я успевала выхватывать нужные сведения.
Однажды я нашла древний свиток о рунах разрыва — символах, способных временно отключить магическую связь между артефактами. Если активировать их в ключевых точках замка, это могло ослабить защиту и дать мне шанс на побег. Это нужно было делать в отсутствие обеих лун на небе, когда он слабеет.
Параллельно я тренировалась скрывать свои эмоции, чтобы магия не выдавала моих намерений, потому что Ашинар пристально следил за мной. Училась накапливать энергию незаметно, используя медитации, опять-таки обряды, которые Ашинар сам мне рекомендовал. Так, сам того не замечая, он помогал мне приблизиться к осуществлению задуманного. Попутно я старательно запоминала планировку замка, его многочисленные коридоры, переходы, тайные ходы, о которых слуги иногда проговаривались.
Первым шагом к побегу стала ночь, когда Морна скрылась с небосвода, тогда я и решилась. Под предлогом бессонницы я попросила служанку принести мне отвар из листьев таали. Та не заподозрила подвоха, ведь этот напиток успокаивал. Но я заранее добавила в него щепотку серебристой мелиссы, которая вызывала сонливость.
Ашинар приставил ко мне вездесущую служанку, с которой мы, можно сказать, подружились, и был риск, что она будет помехой, если среди ночи решит проверить меня, такое уже случалось. Когда служанка уснула в кресле у камина, я выскользнула из покоев. В кармане у меня лежал клочок пергамента с начертанными рунами разрыва, я скопировала их из свитка, пока стражник отвлёкся.
Путь лежал через Зал Шепчущих Рун, помещение, где сходились основные магические потоки замка. Если разрушить связь здесь, весь замок на время потеряет часть силы, и тогда я смогу улизнуть незамеченной ни защитными силами, ни стражей.
Я добралась до зала. В центре возвышался Кристалл Равновесия — огромный изумруд, пульсирующий в такт магии Лидории. Именно он поддерживал баланс рун. Дрожащими руками я приложила пергамент к основанию кристалла. Прошептала заклинание, которое выучила наизусть:
«Разрыв, освобождение, путь открыт,
Сила — во мне, а не в камне забытом».
Руны на пергаменте вспыхнули алым светом, затем почернели и рассыпались в пыль. Кристалл замерцал, его пульсация замедлилась. По замку прокатилась волна дрожи, показалось, будто само здание вздохнуло с болью. Мысленно я возликовала, но расслабляться было рано, дальше предстояло самое сложное.