— Ашинар… — мой голос дрогнул. — Ты обещал…
— Я обещал не лгать, — прорычал он. — Но не обещал, что смогу держаться от тебя на расстоянии. Отталкивая меня, ты только разжигаешь огонь. Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь на меня? Как твои пальцы сжимаются, когда я подхожу ближе? Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя. И не смей отрицать. Я не усну сегодняшней ночью, ты не уснешь сегодняшней ночью.
Он подошёл вплотную, и я почувствовала жар его тела, такой сильный, будто он только что вышел из пламени. Меня затрясло мелкой дрожью, лицо опалило его горячее дыхание. Казалось, вот-вот, и из его рта станут вырываться клубы огня.
— Уходи, — прошептала я, но в этом слове не было силы.
— Нет, — он обхватил моё лицо ладонями, заставляя смотреть прямо в его пылающие глаза. — Я не уйду. Я покажу тебе, что значит быть желанной. Что значит принадлежать тому, кто никогда не отпустит. Я слишком долго сдерживал себя.
Его губы обрушились на мои не нежно, не осторожно, а жадно, отчаянно, будто он хотел выпить меня целиком. Я попыталась оттолкнуть его, но руки сами скользнули по его плечам, притягивая ближе, а пальцы отчаянно впились в рубаху на его спине.
Магия взвыла внутри меня, сплетаясь с его силой, превращаясь в бурю, которую невозможно было контролировать. Это было дико, опьяняюще, колени подкосились, я едва могла устоять на ногах, и тогда он подхватил меня на руки, прижимая к стене, и я почувствовала, как под пальцами пульсирует его сердце так бешено, так неукротимо, как у дикого зверя.
— Скажи, что хочешь этого, — выдохнул он мне в губы. — Скажи, и я сделаю всё, чтобы ты забыла, что когда-то хотела уйти.
Я открыла рот, чтобы снова оттолкнуть его, чтобы сказать «нет», но вместо этого прошептала:
— Да.
И в тот же миг дверь в мои покои распахнулась снова. На пороге стояла высокая женщина в чёрном плаще, её лицо скрывал капюшон, но голос был ледяным, наполненным ядом:
— Значит, слухи не врали, Ашинар. Ты действительно выбрал её.
Ашинар резко обернулся, прикрывая меня собой, и в его позе читалась готовность к битве. Я в изумлении застыла, все еще плохо соображая. Раньше мне не доводилось видеть эту женщину в Зеленом замке, я не знала, кто она такая.
— Лира, — произнёс Ашинар холодно. — Что ты здесь делаешь?
— Пришла напомнить тебе о твоём обещании, — женщина медленно откинула капюшон, и я увидела её лицо: оно было красивое, но холодное, с резкими чертами и глазами цвета стали. — Ты клялся, что женишься на мне, чтобы объединить наши территории. А теперь я вижу, как ты теряешь голову из-за какой-то чужемирянки.
Я замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. До меня начал медленно доходить смысл ее слов, и от этого стало неприятно, на меня словно выплеснули помои. Какой же он лжец, какой лжец. Обещал жениться на одной, в койку тащит другую. Есть ли в его словах хотя бы немного правды? Пожалуй, только о том, что он хочет спасти свой мир так же, как и я.
Ашинар медленно повернулся ко мне, и в его взгляде читалась смесь ярости и… вины. Да ладно тебе, подумала я, у Темного мага совесть есть? Сильно сомневаюсь. Но вслух я, конечно же, ничего говорить не собиралась.
— Это не то, что ты думаешь, — начал он, но Лира перебила его резким смехом.
— О, я думаю, всё именно так, как выглядит. И теперь у меня есть доказательство. Завтра все узнают, что ты нарушил клятву. И тогда твое влияние пошатнется по всей Лидории.
Она развернулась и исчезла в темноте коридора, оставив после себя только холод и звенящую тишину. Ашинар поднял голову к потолку, сжимая кулаки и плотно зажмурив глаза, будто он боролся с желанием кинуться в погоню за ней.
— Прости, — наконец произнёс он, не глядя на меня. — Я должен был сказать тебе раньше.
— Сказать что? — мой голос звучал глухо, будто издалека. — Что у тебя есть невеста? Можешь больше не утруждаться во вранье, мы совершим последний обряд Единения, и я уберусь куда подальше из твоего проклятого замка, чтобы не видеть твою лицемерную лживую рожу. Кое-что о тебе все-таки правда из тех баек, которые я слышала, ты еще тот подлец.
Он поднял глаза и, не говоря ни слова, вышел из моих покоев, тихо прикрыв за собой дверь. Я опустилась на пол, обняв колени, и только теперь позволила слезам пролиться.
Глава 18. Обжигающе
Я сидела на полу, прижав колени к груди, и пыталась унять дрожь, но она шла откуда-то изнутри, из самой глубины, будто магия, сплетённая с его магией, теперь бунтовала без него. Слёзы катились по щекам, но я не вытирала их — пусть текут. Пусть хоть это будет моим маленьким бунтом. Я имею право плакать, потому что меня предали.