Феликс исчез за плотными шторами, оставляя особу снаружи, лишь после долгого времени, ушедшего на облачение, широко те распахнул и предстал уже в корсете, чёрных перчатках до локтя, пышной фатиновой юбке в тон и боа из чёрных перьев. Тогда Эстель едва покончила с последней пуговицей, подняла голову и мгновенно оторопела, буквально открыла рот – такого князя ей доводилось видеть впервые. «Ух ты...» Тот, конечно, заметил растерянный взгляд изумрудных очей и, подойдя к ростовому зеркалу, со всем вниманием оглядел себя в отражении.
— А что, слишком откровенно? – судя по всему, он действительно не понимал, в чём дело, для него всё было вполне естественно. Покрутился перед зеркалом в чистой женской манере, кокетливо вытягивая губы трубочкой и легко и театрально взмахивая концами боа. Впрочем, мнение князя изменилось, как по щелчку пальцев. – М-да, пожалуй, действительно слишком, – в итоге, понял, что наряд, чересчур открытый для задумки, чтобы не выдать его с потрохами, и вновь вернулся к выбору, от недовольства резко дёргая шторы у себя за спиной.
Всё это время княжна, успевшая облачиться в пиджак и надеть невысокий цилиндр, под коим спрятала убранные волосы, была, похоже, смущена до предела. Нет, хуже могло быть лишь другое. «Я... возбуждена?» - она ещё слишком отчётливо помнила вид выпирающих ключиц молодого человека, очертания шеи, линии идеальной челюсти и его широкие плечи, тогда же её нагнало часто бьющееся сердце. Глубоко задышав, Эстель обвила себя вокруг талии, невольно представляя, как её кто-то обнимает, и, зажмурившись, попыталась силой мысли отогнать от себя волну мягко окутывающего её смятения. Безуспешно.
— Феликс, ты думаешь, я, правда, сойду за кавалера? – спросила чуть громче, чтобы её голос отчётливо долетел через плотно закрытые шторы, затем, немного освободившись от волнения и тоски по тактильным контактам, подошла к туалетному столику, усыпанному всякой всячиной как раз для таких развлечений. Увидев среди косметики и аксессуаров фальшивые усы, с серьёзным лицом приложила их над губой, при этом вертясь перед зеркалом и глядя на себя под разным углом. Тогда же у неё за спиной бесшумно возник изменившийся в обличии Юсупов. Даже видя её лишь со спины, без отражения в зеркале, он с лёгкой улыбкой уголком губ думал: ей поразительно идеально шли мужской костюм и этот цилиндр.
— За кавалера чуть ниже среднего роста – да, вполне. Ты не могла бы мне тоже помочь? – Эстель обернулась на отличительный тембр, оставив усы на столешнице, и узрела пред собой его обладателя уже в ином наряде – струящемся лёгком кремово-чёрном платье в пол с короткими рукавами из шифона, на шее красовался изящный кулон, а на длинных пальцах – пара-тройка колец.
— Красиво... тебе идёт, – да, этот образ приглянулся ей гораздо больше предыдущего, по крайней мере, для такого случая. Подойдя к нему, она с какой-то заботой одёрнула юбку, едва достающую до пола, и, взяв со стола косметику, принялась за его макияж. Всё, о чём она могла тогда думать, сидя перед ним на небольшой табуретке, так это о том, как сильно ему идут помада и лёгкие тени на глазах. Она, невольно засмотревшись, не заметила на себе ответный взгляд, хотя, стоит заметить, не менее заинтересованный при виде естественной красоты княжны, нежели её собственный.
Хоть Эстель, становящаяся на сей вечер «кавалером», нескоро смогла оторваться от его накрашенных глаз и губ, однако, покончив с гримом, смогла и точку поставить в образе «княжны Юсуповой». Заметив в глубинах гардеробной подходящий головной убор, успешно его выудила и, вернувшись к сидящему на стуле князю, аккуратно наискось водрузила на голову с шиньоном широкополую чёрную шляпу. Затем, невесомо взяв Феликса за плечи, повернула к зеркалу, а сама пристроилась рядом, для контраста. Увидев результаты своих трудов в отражении, они вместе, почти одновременно, расплылись в улыбках. Уж чего-чего, а такого успеха ещё до приёма они и ожидать не могли.
***
Последние штрихи были внесены практически под покровом вечера, тогда же князь, нехитрыми манипуляциями с нарядами и косметикой превратившийся в княжну, велел слугам подать карету, и вот новоиспечённая пара выехала на приём. Дворец, который сегодня принимал всех желающих, был намного меньше, чем Юсуповский, но больше особняка Витковских, и гостей, на удивление, было в разы меньше, чем привыкла видеть Эстель. Проходя мимо дам, она чувствовала, как те оглядывались именно на княжну под прикрытием, и слышала их смешки, заставляющие скромную особу нервничать. В свою очередь, новоиспечённая княжна Юсупова ничуть не чувствовала себя скованно, напротив, была как рыба в воде – всё-таки, не в первый раз князь так веселился.