***
На сборы князей вдали друг от друга ушло немного времени. У крыльца, во дворе, их ждала уже приготовленная карета, которая повезла их, молчаливых и мрачных, к очень знакомому дому. Эстель, издалека примечая очертания поместья Мщанских, непонимающе поглядывала и на Юсупова, от неё отвернувшегося и отстранённо глядевшего в окно, однако и под тяжестью изумрудного взора, буквально ощутимого спиной, не произнёс ни слова, ни единого подробного разъяснения своего решения.
Наравне с Витковской не имела никакого представления и проводящее время в своём доме Дарья. Она вышла на улицу из мастерской, едва в поле её зрения из окна показался до боли известный Юсуповский экипаж, и после встретила на пороге имения вышедшую к ней пару. Представшая картина, как минимум, уже вызывала удивления и подозрения: князь, держа в руках женский чемодан, непривычно для себя мялся на месте, а на шее поникшей подруги красовалась ничем не скрытая, требующая смены повязка. Покосившись на них двоих, графиня с улыбкой пропустила Эстель внутрь, а Феликса незаметным жестом остановила на месте.
— Ванесса, помоги, пожалуйста, княжне Эстель расположиться, — хозяйка, отдав приказ служанке и передав той вещи гостьи, закрыла дверь в особняк и, не в добрую сторону изменившись в лице, резко повернулась к Юсупову. — Ну и? — сложила руки на груди, поправив на плечах синий атласный платок. — Не расскажешь, что всё это значит? Что случилось?
— Эстель будет лучше пожить какое-то время у тебя, здесь она в безопасности. Пока я не улажу всё с охотниками, — отчеканил тот так, будто бы фраза была заготовлена заранее. Возможно, так оно всё и было на самом деле — кто знает?
— Охотники... — от одного слова Дашу, также знающую о новой активности оных, заметно покоробило. Она поёжилась, прикусив губу, но, спустя тройку секунд символических раздумий, вполне уверенно заявила. — Не знаю, что ты там задумал, но я с тобой. Я хочу им отомстить.
— Нет, — тот быстро, но мягко схватил её за руку, чтобы не смогла уйти или вырваться, и, будто гипнотизируя, заглянул в глаза. — Никакой мести, ты нужна мне здесь. Эстель может оказаться под ударом, ей нельзя оставаться во дворце одной, только тебе я могу её доверить. А с ними разберусь сам.
— Ты знаешь, что могут эти твари, — процедила сквозь зубы в лицо князю, совсем вплотную подойдя к нему и нервно сжимая в руках ткань цвета сапфира. — Ты знаешь, что они сделали с Филиппом, мы вместе видели...
Графиня смягчилась, как с губ слетело имя давно почившего мужа, и, выдыхая, уткнулась ему в плечо, пока Феликс аккуратно держал подругу в успокаивающих объятиях. За столько лет, уже прошедших, он немногих пустил в свой мир, в свою душу, а Дарью считал одним из самых близких ему людей и дорожил ею. Она едва заметно дрожала от нахлынувших эмоций, но, сумев сдержать их внутри, подняла на мужчину блестящий красноречивый взор.
— Я знаю, что делаю, Даша, — чуть отстранившись, удержал на плечах девушки так и норовивший упасть наземь платок. — Со мной будут и другие, насколько я знаю, несколько отрядов. И всё же, я слишком провинился. Я всё исправлю, обещаю тебе.
Она нехотя отпустила его с тяжёлым сердцем, прежде не преминув крепко обнять перед долгим расставанием. Нет, она ничуть в нём не сомневалась, но всё равно ужасно боялась тех, кто уже добрую часть столетий заставлял всех вампиров быть настороже. Мщанская так и глядела ему вслед с печалью и беспокойством в очах, будучи на крыльце поместья, пока Юсупов не сел обратно в дилижанс, и тот не умчался прочь. Неизвестно насколько долго.
Тем временем, Эстель с помощью Ванессы устроилась в гостевой комнате, а оставив там вещи, вернулась в залу, где её встретила Даша. Подруги переглянулись, и Мщанская со скрытым беспокойством увидела неподдельный страх в изумрудных глазах.
— Куда он уехал? — спросила подрагивающим голосом княжна, нарушая повисшую тишину.
— Нет, ты первая поведай мне, — сделав несколько шагов навстречу, невесомо коснулась уже не белой повязки на шее подруги, — что это такое?