— Рады встретиться и, наконец, познакомиться с Вами лично, мадам, — Руневский дружелюбно улыбнулся присевшей пред ними двумя в приветливом реверансе девушке. – А то всё как-то не получалось, право.
— Это чувство взаимно, поверьте, — Эстель, даже со знанием, что пред нею стоят совсем не люди, ничуть не испытывала страха. Прямо как раньше. Боже, как же она истосковалась по спокойствию! – Надеюсь, мы подружимся, — добавила она с усмешкой, одновременно с этим замечая позади тех приближающуюся молодую девушку. Брюнетка с бледной кожей и длинными кудрями, она вела рядом с собой за поводья белоснежную лошадь.
— О, даже не сомневайтесь в этом, — лёгкий смех окружил их небольшую компанию, и Александр поспешил представить присоединившуюся к ним свою возлюбленную. — А это Алина Сергеевна, она как никто другой поможет Вам, Эстель, освоиться здесь, чтобы Вы не чувствовали себя не в своей тарелке в обществе одних мужчин. Алина, это княжна Эстель Витковская, спутница князя Юсупова.
— Просто Алина. Приятно познакомиться, — протянула француженке руку, и та, поначалу немного неловко, но с улыбкой её пожала. Затем новоиспечённая вампирша аккуратно приобняла гостью за талию и скрыла их обеих от мужских глаз и ушей. – Думаю, с тобой мы точно подружимся. Можно ведь «на ты»?
— Конечно, я только за, — Витковская усмехнулась, взглянув на весёлую девушку и мельком примечая у той острые клыки. «Тоже вампир... конечно, разве могло быть иначе?» — Мне и самой неловко так официально обращаться. «Тем более, когда здесь я не чувствую опасности».
— Тогда отлично! Ну что же, поехали по окрестностям? – Алина тут же, без церемоний, легко и увлечённо, в предвкушении поездки, потянула хрупкую мадемуазель на себя. – Подальше от наших сопровождающих, познакомимся поближе.
— Да... — ей достаточно было только представить, что придётся залезать на этого коня, как княжна, с трудом делая шаги следом за новой подругой, моментально покрылась мурашками от страха, что тотчас заплескался в самом взгляде, и Алина сие молниеносно заметила.
— Эстель? Что с тобой? – взволновалась не на шутку и, остановившись, приобняла за плечи. – Ты побледнела, что случилось?
— Я... я просто очень боюсь лошадей, после одного случая в детстве, — выпалила девушка, глубоко дыша. – А мы можем просто погулять? Необязательно ведь именно на лошадях куда-то ехать, правда?
— Конечно же, мы можем просто взять Пегаса с собой, если тебе так спокойнее, — успокаивающе улыбнулась, не переставая гладить девушку по плечу. – Кто знает, может быть, именно в такой обстановке твой страх постепенно отступит, м?
***
— Князь, и когда Вы планируете сделать так, как указано в Уставе Священной Дружины? – задал Свечников провокационный вопрос, когда они втроём, мужской компанией, отправились на запланированную конную прогулку. – Что-то я не видел свежих поданных форм на обращение.
— Опять Вы, Свечников, за своё, - тяжело вздохнул, закатывая глаза, Юсупов. – Неужели у нас нет больше насущных проблем, которые стоит обсудить?
— Учитывая, что Вы появились здесь именно со своей спутницей, которая ещё человек, — вторил и Руневский, двигаясь на своём коне по другую сторону, — это и есть, конечно, ещё не насущная проблема, но может ею стать, если Вы протянете время.
— Да успею я с вашей бюрократией разобраться! – прикрикнул вампир и, вспылив, пустил лошадь галопом так быстро, насколько возможно. Впрочем, оторваться от «ревизоров», ему не удалось – мужчины, видя перед собой быстро удаляющуюся спину Феликса, переглянулись и тут же последовали его примеру, догоняя и не отставая ныне ни на скачок. – То одна угрожала, теперь вы!
— Но мы же из добрых побуждений напоминаем, — уточнил Владимир Михайлович. – Какими бы ни были ранее наши отношения, мы действительно за Вас переживаем, Феликс. Одного такого бунтаря, — с едва ли доброй ухмылкой устремил взгляд на Руневского, припоминая тому прихоть на почве вспыхнувшей любви, — мне хватило. Да и сам я знаю, о чём говорю.
Тогда князь, услышав подобное, от шока аж резко затормозил. «Неужто в друзья набиваются? Хотя... а чем плохо? В конце концов, эти двое внушают доверие больше, чем некоторые», - промелькнуло в голове Феликса.