— Спасибо, — сказала Дженнифер.
Мири улыбнулась:
— Всегда пожалуйста.
Есть! Я с трудом удержалась от того, чтобы не показать Мири поднятый большой палец, и вытащила свою сумку из багажника. Ха! Она у нас увидит стадо слонов. Сама теперь будет похожа на животное.
На следующее утро, еще совсем рано, меня разбудил нечеловеческий крик.
Мы с Мири повскакивали с постелей. Секунду спустя крик повторился, став еще ужаснее.
— Похоже, сработало, — прошептала я.
Мы открыли дверь и высунули головы в коридор. Дженнифер заорала в третий раз.
Мы медленно подошли к папиной комнате и постучали.
— Эй? — позвала я. — У вас все в порядке? — Затем я шепнула сестре на ухо: — Будь осторожна.
Папа открыл дверь, он выглядел заспанным.
— Девчонки, нет у вас с собой крема от прыщей? У Дженнифер что-то с лицом.
— Нам можно посмотреть? — не очень осторожно спросила сестра.
— Мири хочет сказать, — встряла я, пихнув ее локтем в живот, — что как подростки мы постоянно сталкиваемся с прыщами. Вероятно, мы сможем помочь. Или хотя бы поддержать.
Похоже, папа согласился со мной, потому что кивнул и сказал:
— Дженнифер, выйди, покажись девчонкам.
— Я не из шоу уродцев, — крикнула она из своей личной ванной. — Наверное, у меня на что-то аллергия. Больше никаких креветок «Генерал Тао», это уж точно.
— Может, девочки смогут помочь, — сказал папа.
Дверь медленно отворилась. Сперва я увидела руку, а потом… покрытое старыми добрыми прыщиками лицо.
И это все? Где же нарывы? Фурункулы? Банальные малюсенькие прыщики — единственное, на что способна ведьма? Да у меня редко какой день обходится без появления таких. Я нахожу это очень обидным.
— Есть предложения, девочки? — спросила Дженнифер.
— Нет, — ответили мы хором. Я изо всех сил старалась не рассмеяться. — Уверена, они скоро сами пройдут.
— Вот и я так сказал, — поддержал нас папа. — Они очень даже милые. Ты теперь похожа на школьницу.
Дженнифер захихикала и погладила его по лысине.
Я уже с трудом удерживалась от смеха.
Нам с Мири не хотелось присутствовать на этом триумфе любви, и мы вернулись в свою комнату.
— Сыпь? — злобно прошептала я. — И это лучшее, что ты смогла сделать?
Мири трясло.
— Ненавижу прыщи.
Она еще долго не могла успокоиться.
— Конечно, этого недостаточно, чтобы папа разлюбил Дженнифер! Он ведь не разлюбил меня, когда на прошлое Рождество у меня на носу вскочил гигантский прыщ.
Тот прыщ (который я предпочитаю называть «подарком Сайты») так сильно напугал ее, что при одном упоминании о нем она сразу начинает трястись. Не знаю, как она будет учиться в старших классах.
— Может, если с него спадет зачарованность ее красотой, — напомнила Мири, — он увидит ее истинную сущность?
Неубедительно.
— А ты узнала, что такое Тараксакум?
— Конечно. Это написано в книге. Тараксакум — другое название одуванчика.
— Я иду в аптеку, — сообщил нам через запертую дверь папа. — Мне нужно купить что-нибудь от прыщей и витамин А. Он очень полезен для кожи Дженнифер.
Я забралась обратно в постель. Для ее кожи было бы гораздо полезнее, если бы она собрала свои вещи и убралась отсюда. Мы не можем дать ей таблетку с таким действием?
Несколько часов спустя, в более подходящее для пробуждения время, я столкнулась с папой на лестнице. У меня урчало в животе от голода, а он собирался уходить на работу.
Не могу поверить, что он снова работает в выходные. Это означает, что нам с Мири придется провести еще один уик-энд с Королевой Прыщей.
И тут я заметила его. Маленький красный прыщик у него на подбородке. Я остановилась на середине шага.
— Пап, у тебя тоже вскочил прыщ. — Я никогда не видела у папы прыщей. У отцов их быть не должно. А еще отцы не должны плакать и проявлять слабость. Или оставлять тебя на все выходные в обществе своей невесты.
— У меня? — Он дотронулся до подбородка. — А я еще думал, что это такое.
Я бросилась обратно в нашу комнату и заперла за собой дверь. Мири читала колдовскую книгу, прикрывшись учебником по физике.
— У него тоже вскочил прыщ, — произнесла я задыхающимся шепотом.
— Что?
— У папы прыщ на подбородке. Это может быть просто совпадением?
Она уставилась на меня. И смотрела очень долго. Затем трясущейся рукой указала на мой нос.
— У т-т-тебя т-т-тоже, — пробормотала она.
Нет. Нет. Нет. Не может быть.