Баламут медленно, но верно продвигался в плотном потоке машин в час пик. Стояла удушливая жара. В салоне спасал кондиционер. Увидел в боковом зеркале приближающегося мотоциклиста в междурядье и как мог подвинулся вправо, пропуская его. Стыдливо отвел глаза в сторону. Он давно снял наклейку «за рулем байкер» с заднего стекла автомобиля, и теперь теснился, как и большинство горожан, в пробках большого города.
Макс нетерпеливо забарабанил большими пальцами по рулю. Посмотрел на часы. С такими темпами он не успевает к парикмахеру, а ему непременно нужно к нему попасть, чтобы состричь лишнюю длину волос. Он не любил стричься. Делал это крайне редко и с большой неохотой. А все потому, что всякий раз его норовили обкромсать так, как модно и современно. При этом не понимая, что его густые и кудрявые волосы выглядят нелепо с такой стрижкой. А когда они начинают отрастать, то нелепо выглядит уже сам Макс. Он становится похож на провинциального дурачка, который ворвался в большой город и старается следовать всем без разбору новомодным тенденциям, не вникая подходит ему или нет. Однажды его подстригли хорошо, и с тех пор он дается в руки только этому мастеру.
Баламут хотел подстричься именно сегодня: вечером состоится важная встреча, на которой руководство заведения познакомится с отобранным им лично персоналом в новый ресторан. На ней будут выдвинуты ценные указания и наставления. И в пятницу вечером состоится торжественное открытие с приглашенными гостями, шоу-программой и прочими для такого события атрибутами.
- Давайте, ребята, поехали! Чего стоим-то? – начиная раздражаться, проговорил он вслух пустому салону автомобиля, когда пропустил уже третий зеленый сигнал светофора. Зазвонил телефон. В трубке вежливый и тягуче-сладкий голос администратора сообщил, что мастер, к которому записан Макс, к сожалению, не смог выйти на смену по причине болезни. И также вежливо и участливо поинтересовался согласится ли Макс обслужиться у другого мастера. Макс ответил, что из-за непредвиденного затруднения на дороге уже вряд ли успеет подъехать в назначенный час и попросил отменить запись. В трубке вежливо попрощались, и Баламут бросил телефон на соседнее кресло. Безнадежный взгляд упал на вывеску парикмахерской, мимо которой он пробирался. Это было одно из тех заведений, находящихся на первом этаже многоквартирного дома, которое с радостью и удовольствием обслуживало неприхотливый и непритязательный средний класс населения. Из дверей вышел свежеподстриженный парень и широко улыбнулся. Вряд ли он радовался новой стрижке. Скорее улыбка была адресована тому, с кем говорил по телефону. Но первое положительное впечатление оказалось сильным и склонило решение Баламута в пользу этой богадельни.
Он попросился в крайний правый ряд и завернул к ярко-желтому крыльцу. Внутри он растерялся. Не было ни стойки администратора, ни самого администратора. Да и вообще народа было очень мало.
- Простите, могу я подстричься? Или у вас только по записи? – обратился он непонятно к кому. Два мастера в зале трудились над своими клиентами, делая вид, что не слышат его. Вдруг прямо перед ним появилось конопатое и улыбчивое лицо молоденькой девицы с довольно пустым и блестящим взором. Ее зеленые глаза смело оглядели его с головы до ног, чуть задержавшись на кудрях. Она что-то про себя решила и с ходу перешла на «ты»:
- Я займусь тобой, красавчик! – подмигнула и указала зажатой в руке тонкой плоской расческой на терминал, - оплачивай услугу, бери талон и топай ко мне.
Баламут сделал, что было велено. Зажал талончик в руке, как факел, и подошел к конопушке, что ждала его у свободного кресла. Она ловко выхватила квиток и спрятала его в задний карман джинсов.
- Падай! – весело скомандовала она. Макс повиновался. Она накрыла его пеньюаром, получился сверток. Из свертка торчала кудрявая голова.
- Та-ак! Что тут у нас? Как будем стричься? – спросила девушка, на нагрудном значке которой было написано «Дарья». Она провела ладонью по коже головы, зажала между пальцев пряди волос и оттянула их, на глаз измеряя длину. – По-модному или как получится?