От недавней жары не осталось и следа. Часы показывали четыре утра. Девушка взглянула на температурную метку и решила, что спросони ей померещилось. Минус тридцать пять! Чертовщина какая-то! Не может быть! Они ещё даже не покинули южный регион. Нина пригладила взъерошенную рыжую копну и спустилась вниз. Стараясь не разбудить соседа, она приподняла штору. Глаз резанула неожиданная белизна, подсвеченная розово-золотыми лучами рассветного солнца. Выпавший накануне снег покрылся сияющей коркой ледяного наста. Проносящийся мимо пейзаж напоминал рождественские открытки – кружевная вязь деревьев, крыши домиков под плотными шапками сугробов, вьющийся из труб сизый дымок.
К началу десятого, когда поезд прибыл в Миллерово, в вагоне уже царило столпотворение. Люди спешно утеплялись, извлекая из чемоданов и рюкзаков зимнюю одежду, сталкиваясь и мешая друг другу. Резкое понижение температуры было главной темой разговоров. Многие с опаской говорили о том, что минус тридцать пять – не предел. Нина и сама понимала, что перепад более чем в сорок градусов за три дня, – не простая погодная аномалия. Петя был прав! Где же он? Девушка вновь и вновь набирала номер жениха – «абонент находится вне зоны действия сети...».
К вечеру вновь началась метель. При приближении к станциям измученные неизвестностью пассажиры пытались поймать сеть. В Мичуринске-Уральском, где поезд должен был простоять около часа, проводники без объяснения причин отказались выпускать людей на перрон и запретили переход между вагонами. Кто-то, наконец, поймал сеть и прочитал сообщение о том, что в связи с глобальным похолоданием и молчанием правительства многие населённые пункты охвачены паникой, население штурмует магазины, торговые центры и продуктовые склады, замечены массовые случаи мародерства.
Эта информация произвела подавляющий эффект. В вагоне установилась почти гробовая тишина, иногда нарушаемая тихим жалобным перешёптыванием и плачем детей. В таком тягостном молчании они прибыли в Богоявленск.
Уже на подъезде стало понятно, что новостные ленты не врут. Над городом сияло зарево от множественных пожаров. По привокзальной территории метались какие-то неясные фигуры. Едва поезд замедлил ход, к нему тут же бросились вооружённые палками и битами люди. Проводники приняли оборону у дверей. Перепуганные пассажиры по просьбе машиниста легли на пол.
— Теперь, если поезд остановится, нас будут грабить и, возможно, убьют, – обречённо произнёс сосед Нины, молодой светловолосый мужчина в интеллигентных очках. Но поезд не остановился. Состав судорожно дёрнулся, раздался скрежет металла, и железная машина рванула вперёд.
— В двадцать один ноль семь Рязань, – поговорила Нина. Она не собиралась заводить разговор, но ей вдруг захотелось услышать свой голос.
— Валера, – произнёс интеллигентный очкарик.
— Что? – не поняла Нина.
— Меня Валера зовут, – улыбнулся мужчина. – А вас как?
— Нина, – собственное имя вдруг резануло ей слух.
— Нина, раз уж всё так.., – замялся Валера, – давайте в случае чего держаться вместе.
Девушка согласно кивнула. Ей было страшно.
Поезд остановился так резко, что лежавшие на верхних полках люди попадали вниз. Нину тоже выбросило в проход. Опять раздались крики и плач. Оказалось, что кто-то разбил голову. Через некоторое время искажённый помехами голос машиниста сообщил, что поезд дальше не поедет по причине аварийного состояния путей. Проводницы с осунувшимися бледными лицами пытались прекратить панику и предлагали всем желающим временное размещение в вагоне, пока Рязанские власти не предоставят транспорт и не решат вопрос с размещением.
— Думаю, что остановка эта неспроста, – тихо сказал Валера.
— Думаешь, бандиты? – отозвалась Нина. Это было первое, что пришло ей в голову.
— Всё может быть. Что будем делать? – Валера вопросительно посмотрел на спутницу.
— Судя по всему, вопрос с транспортом и размещением будет решаться долго. А у меня родственники под Рязанью. Пока минус тридцать пять, есть возможность найти в городе транспорт и махнуть в Новомичуринск. Там часа полтора-два езды. Ну, по такой погоде от силы – три.
— Ты сумасшедшая! – восхитился Валера, глаза его заблестели. – А вдруг опять перепад? Мы ж околеем прямо в чистом поле. И потом, мародёры...
— А какие варианты? Замёрзнуть в неотапливаемом поезде? Стать жертвой бандитов в городе? Новомичуринск не такой большой, как Рязань. Думаю, там спокойнее. К тому же сейчас все очухаются, и половина поезда решит здесь выйти.
Через пятнадцать минут Валера, чертыхаясь и кляня женскую запасливость, тянул за собой набитый продуктами чемодан Нины. Они ехали в последнем вагоне, поэтому пришлось идти через весь поезд. Зато вышли они практически у самого перрона. Неподалёку, напротив локомотива, стояла развёрнутая поперёк цистерна с горючим.
Вопреки ожиданиям, желающих высадиться в Рязани оказалось немного. На вокзале пока было безлюдно. Местные попрятались по домам, сохраняя драгоценное тепло и имущество. В пустынных залах было холодно и неуютно. К удивлению ребят, в одном из них обнаружилось светящееся окно с надписью «Дежурный диспетчер».
— Вы с 008С? – хрюкающим голосом спросила женщина в шубе, надетой поверх форменной одежды. – Информации о ближайшей отправке нет. Размещайтесь в гостинице. Вы пока первые – шансы есть.
— А транспорт у вас здесь какой-нибудь имеется? – деловито спросила Нина. – Желательно внедорожник. На зимней резине. Нам в Новомичуринск надо. Мы заплатим.
Диспетчер на секунду задумалась.
— На кой вам в Новомичуринск в такую погоду? Вы местные что ли?
— Нет, – Нина нетерпеливо покачала головой. – Родственники у меня там.
— Ясно, – многозначительно произнесла женщина, извлекая из кармана сотовый. – Подождите.
Диспетчер вышла из кабинки и скрылась в подсобном помещении. Вскоре оттуда донёсся её требовательно-умоляющий голос. А ещё через минуту она вышла с победоносной улыбкой на лице.
— Выйдете на площадь, оттуда повернёте к парковке. Подъедет белая «Нива». Водителя зовут Николай Василич. Как Гоголя. Да поторопитесь, он шустрый, – выдала она информацию, а потом, взглянув на Нину, добавила: – Серёжки сними, дурёха, – уши отморозишь.
Не успели путешественники погрузиться в машину, как вокзал заполнился голосами пассажиров злополучного 008С, решивших переждать непогоду в городе.
Маленькая, шустрая, как и её хозяин, «Нива», раскачиваемая порывистым ледяным ветром, неслась сквозь пургу по заснеженной дороге. Николай Васильевич, суровый мужчина с многолетним водительским опытом, поглядывал на безмятежно спящих на заднем сидении молодых людей и по-отечески улыбался. Каких-то шестьдесят шесть километров и они прибудут в пункт назначения...