Он бросил на меня взгляд.
— Проблемы, мисс Возлюбленная?
— Она даже ненастоящая Королева, — сказала я раздраженно. — Не потому, что разрушила жизнь возлюбленной. Мне просто не нравятся Эльфы. Я ши-видящая, помнишь?
— Вы?
— Почему ты зол на меня? Не моя вина, кто я. Единственная моя ошибка состоит в том, что я хочу что-то с этим сделать.
Он посмотрел на меня искоса, как бы говоря: «Это может быть единственная умная вещь, сказанная Вами сегодня.»
Я посмотрела на фасад Честера, и мгновение он выглядел устрашающе — развалины камней, черные против иссиня-черного неба, из далеких времен и другого места. Полная луна, висевшая над ним, была в ореоле темно-красного, круглого, толстого лица, забрызганного кратерами крови. Больше Эльфийских изменений в нашем мире.
— Когда Вы войдете внутрь, идите по лестнице, и кто-нибудь проводит Вас. Идите прямо по лестнице, — сказал он многозначительно. — Постарайтесь не впутаться в проблемы или создать беспорядки по пути.
— Я думаю, это несправедливое утверждение. Жизнь не всегда хаотична вокруг меня.
— Как тогда, не так ли?
— Как тогда, когда я… — Я задумалась на минуту, — Одна, — закончила я серьезно, — Или сплю. — Я не спрашивала о своих родителях. Я чувствовала… неправильность, как будто я больше не имела права задавать вопросы о Джеке и Рейни Лейн. Это разрывало мне сердце. — Куда ты собираешься?
— Мы встретимся с Вами внутри.
— Потому что ты знаешь секретный черный ход, которым собираешься воспользоваться? — поинтересовалась я с сарказмом. — Я могла рассказать всем Эльфам об этом, не так ли? — Теперь он доверял мне еще меньше, потому что считал меня смертной возлюбленной Короля. Как он общался со мной, если он считал, что я была Большой Плохой версией его самого?
— Шевелитесь, мисс Лейн, — все, что он сказал.
Я спустилась будто в другой мир, и обнаружила его напичканного людьми и Невидимыми — собравшимися в Честере сегодня.
Я не могла быть Королем. Они были бы моими «детьми». Я не чувствовала родительской связи. Я чувствовала себя смертной. И была окончательно убежденна в этом. Я была человеком. У меня не было идей, почему Зеркало пропустило меня, но в конечном счете я пойму это.
Я оглянулась и была шокирована. Ситуация изменилась, пока меня не было. Мир продолжал трансформироваться во что-то новое.
Сейчас в Честере были и Видимые тоже. Не так много, и не было похоже, что они получили теплый прием от Невидимых, но я все же увидела дюжину, а люди сходили по ним с ума. Двое из тех маленьких ужасных монстров, которые заставляли вас смеяться до смерти, бомбили толпу, сжимая крошечные напитки, которые выплескивались, когда они летели. Трое из этих ослепительно легких самолетов свистели сквозь массы. В клетке под потолком, голые мужчины танцевали, корчась в сексуальном экстазе, который надули эфирные нимфы с легкими крыльями.
Я продолжала осматривать клуб и ожесточалась. На поднятой платформе, в подклубе, который угождал тем, у кого тяга к очень молодым людям, стоял золотой бог, который успокаивал Дри’лию, когда В’Лейн забрал ее рот.
Я сдерживалась чтобы не пойти туда и не ударить его своим копьем, и осудить В’Лейна как предателя.
У меня была идея получше.
Расталкивая толпу, я направилась прямиком к нему и спросила.
— Эй, помнишь меня?
Он не обратил внимания на меня. Я представила, как много он слышал такого, находясь здесь. Я встала рядом с ним, наблюдая море голов.
— Я, та женщина, которая была с Дэрроком в ту ночь, когда мы встретились на улице. Мне нужно, чтобы ты вызвал В’Лейна.
Голова золотого бога повернулась. Презрение отпечаталось в его бессмертных чертах.
— Вызвать. В’Лейн. Эти два слова не идут вместе на любом языке, человек.
— Имя В’Лейна было на моем языке, пока Бэрронс не высосал его. Он нужен мне. Сейчас.
Этот золотой бог, мог лишить меня самообладания только один раз, но у меня было копье в кобуре и черный секрет в моем сердце, и ничто больше не лишит меня самообладания! Я хотела, чтобы В’Лейн был здесь и сейчас. Было несколько обстоятельств, за которые он должен ответить.
— В’Лейн не давал тебе своего имени.
— При многочисленных обстоятельствах. И его ярость по отношению к тебе, не будет знать границ, если он узнает, что я просила тебя вызвать его для меня, а ты отказал.
Он смотрел на меня с каменным молчанием.
Я пожала плечами.
— Ладно. Тебе решать. Только помни, что он сделал с Дри’лией.
Я развернулась и пошла прочь.
Он оказался передо мной.
— Эй, какого черта ты делаешь? Никакого просеивания в клубе! — закричал кто-то.