Отвез ли он ее к той женщине Тэлли, которая потом помогла мне и Алине найти приемных родителей в Америке? Если Исла покинула аббатство живой, то почему, как и когда она умерла? Она отправила нас вместе с Тэлли или женщины договорились обо всем заранее, чтобы выслать детей, если что нибудь случится с ней? Какую роль Бэрронс играл во всем этом? И не он ли убил Ислу?
Я беспокойно пошевелилась. Он видел торт. Он знал, что я планирую вечеринку на День рождения. Он ненавидел Дни рождения. Не в его привычке было показаться сюда этой ночью.
Я отщипнула от куска шоколадного мусса глазурь. Осмотрела книжный магазин. Я поразмышляла о росписи на потолке и повозилась с кашемировым покрывалом. Потом собрала крошки с угла дивана и выровняла их на тарелке.
Ровена — дочь Наны. Исла и Кейли практически выросли вместе. Исла была Хозяйкой Хевена. Они сочли необходимым формировать Хейвен за спиной Ро. С той, которая даже не жила в аббатстве. Исла бежала — открыто, а загадочная Тэлли — тайно. Все эти годы моя мама-Исла-была виновна в побеге Книги, а теперь это выглядело так, словно за этими вещами стояла Ровена.
Она позволила нам взять всю вину на себя: сперва Исле, потом Алине, а затем мне.
… двое из древнего рода не получат и малейшего шанса в тяжком устранении нашей проблемы, потому что они не захотят этого делать.
Я вздохнула. Когда я подслушала своих маму и папу в Эшфорде той ночью, говорящих, что я могу обречь мир, я чувствовала себя приговоренной. Когда Кэт и Джо показали мне пророчество которое, как теперь я знала, было сокращенной версией, я почувствовала себя оправданной.
Сейчас я вернулась к ощущению, что я приговорена обречь мир. Это было намного большее, чем небольшое волнение — слыша, что если моя сестра и я были бы убиты, то это будет самое лучшее для человеческой расы.
Если бы Алина была жива, выбрала бы она Дэррока? В порыве горя я хотела разрушить этот мир для создания нового, с Бэрронсом в нем. Были ли мы обе безнадежно испорчены? Вместо этого были незаконно вывезены из страны для нашего же блага, мы были сосланы ради мира? Это потому парень с мечтательными глазами дал мне карту «МИР»? Чтобы предупредить меня, что я собираюсь разрушить его, если не буду осторожной? Что мне следует взглянуть на нее, смотреть на нее, выбрать ее? Кто он такой, наконец?
Когда я приехала в Дублин и начала узнавать себя, я чуствовала себя героем поневоле, ищущим эпического путешествия.
Сейчас я только надеялась, в конце не слишком сильно облажаюсь. Серьезные проблемы требуют серьезных решений. Как я могу доверять своему собственному мнению, когда я даже не была уверена, кто я?
Я скрестила ноги. Вытянула их. Провела рукой по волосам.
— Чувиха, ты смотришь или делаешь гимнастику на диване? — пожаловалась Дэни.
Я одарила ее решительным взглядом.
— Хочешь пойти и убить что-нибудь?
Она засияла. Шоколадное мороженое осталось на ее усах.
— Подруга, думала ты никогда уже не предложишь!
Каждый раз, когда Дэни и я сражались спина к спине, был золотым воспоминанием, которое я прятала в альбоме своей памяти.
Я не могу избежать этих мыслей: на что были бы похожи эти события, если бы Алина доверилась мне, и у нас была бы возможность сражаться вместе. Знание, что у тебя есть кто-то, прикрывающий твою спину, что вы — команда, что вы никогда не оставите друг друга, что вы вырвете друг друга из вражеских лагерей — одно из самых великих чувств в мире. Знание, что независимо от того, как ужасна беда, в которую ты вовлек себя, этот человек придет за тобой и пойдет дальше с тобой — это любовь. Интересно, Алина и я были слабы, потому что мы позволили нам отдалиться, разделенные океаном. Интересно, была бы она жива, если бы мы остались вместе.
Возможно я никогда не узнаю, откуда я появилась, но я могу выбрать свою семью здесь, и Дэни неотъемлемая ее часть. Джек и Рейни полюбят ее, когда наконец встретятся с ней.
Мы ворвались на очищанные дождем улицы, с удвоенной силой убивая Невидимых. С каждым наносимым ударом я становилась более убежденной, что я не была Королем. Я почувствовала бы что-нибудь, если бы была: раскаяние, чувство вины, что-нибудь. Король не желал отказываться от своих детей тьмы. Я не чувствовала ни гордости создания, ни ошибочной любви. Я не чувствовала ничего, кроме удовлетворения от прекращения их бессмертного, паразитного существования и спасения человеческих жизней.
Мы столкнулись с Джейном и Защитниками и помогли им в трудном положении с парой просеиваищихся Эльфов. Мы видели Лора и Фэйда на разведке. Я думала, что видела Келтара на крыше, но он испарился так быстро, что остались только впечатления от гладких татуированных мышц в темноте.