— Я сказал увидеть их. А не увидеться с ними.
Сама мысль о том, что моих родителей удерживают в самом сердце притона, кишащего Темными, была мне ненавистна. Но приходилось признать, что оставаться под землей, в окружении людей Бэрронса, было, вероятно, безопаснее всего для них. Они не могли вернуться в Эшфорд — Темные Принцы знали, где мы живем.
К другим возможным вариантам можно было бы отнести аббатство, книжный магазин и В’лейна. Однако в аббатстве до сих пор встречаются тени, Синсар Дабх недавно нанесла туда свой смертельный визит, а Ровене я не доверила бы и нож для масла. Что касается магазина, то, конечно, я не хотела, что бы родители постоянно околачивались рядом и увидели, кем я стала. В’лейн же со своим весьма расплывчатым пониманием человеческой природы вообще решит отправить их на какой-нибудь пляж, создаст иллюзию Алины, с чем папа, конечно, справится. А вот маму все это, определенно, сведет с ума, и мы уже больше не сможем вернуть ее обратно.
Уж лучше «Честер».
Когда-то этот трехэтажный клуб с мраморными колоннами, обрамлявшими изысканно украшенный вход в здание, был самым популярным местом в городе, и попасть туда можно было только по приглашениям. Но роскошные, во французском стиле, газовые фонари были вырваны с корнем — их использовали, чтобы разбить фасад здания. Бар искусной ручной работы и элегантные витражные окна были разбиты упавшими потолочными опорами. Остатки клубной вывески свисали над входом, куски бетона загораживали дверь, и все здание было густо разрисовано граффити.
Новый вход располагался позади здания, за неприметной помятой железной дверью в его основании. Она выглядела как забытый вход в подвал, и, не зная о клубе, невозможно было догадаться, что за ней. Танцполы находились так глубоко под землей, а звукоизоляция была настолько хороша, что, не обладая суперслухом Дэни, невозможно догадаться о проходящей внизу вечеринке.
— Я не могу принадлежать к касте Темных, — сказала я, когда он открыл дверь, — Я могу прикасаться к Копью Светлых.
— Одни говорят, что Король Темных создал ши-видящих при помощи своей несовершенной Песни. Другие — что он занимался сексом с человеческими женщинами, чтобы основать родословные. Может быть, ваша кровь достаточно разбавлена, чтобы не создавать такой проблемы.
В этом весь Бэрронс. Он расскажет все, что я не хочу знать, и никогда то, что хочу.
Спустившись по одной лестнице, мы толкнули дверь, затем спустились по другой и оказались у подлинного входа в клуб — в фойе в стиле индастриал с высокими двойными дверями.
С тех пор, как я была здесь последний раз, кто-то нанял декоратора и заменил высокие деревянные двери на новые — глянцево-черные — высшая степень урбанистического шика. Они были так отполированы, что я видела там отражение следующей за нами пары. Она, как и я, была одета в длинную узкую юбку, сапоги на высоком каблуке и отороченное мехом пальто. Он стоял рядом, заслоняя ее, словно живой щит.
Я резко обернулась — за нами никого не было. Я не узнала саму себя. И дело было не в том, что я снова блондинка — черные двери отражали только форму и движение, а не цвет — а в том, что я не была на себя похожа. Я держала себя иначе. Исчезли последние следы детской мягкости, которую я привезла с собой в Дублин в августе прошлого года. Интересно, что бы мама с папой подумали обо мне. Надеюсь, что они смогли бы разглядеть меня прежнюю под всеми этими изменениями. Я была взволнована перед встречей с ними.
Бэрронс толкнул дверь.
— Не отходи от меня.
Клуб поражал, подобно взрыву раскрывшейся чувственности: в прохладе блестящего металла и стекла своим черно-белым интерьером он представлял собой вершину индустриальной культуры, облаченной в великолепие Манхэттена. Декор обещал несдерживаемый эротизм, удовольствие ради удовольствия, секс, за который стоит умереть. Грандиозный интерьер был устроен в виде террасы с танцполами, каждый из которых обслуживался своим собственным баром с дюжиной различных подуровней. Все мини-клубы в «Честере» имели свою тематику: одни элегантные с отполированными полами, другие массивные, в стиле городского упадка, разрисованные татуировками. Бармены и официанты отражали тематику своих мини-клубов — некоторые в смокингах с обнаженной грудью, другие в цепях и коже. На одной террасе очень молодые официанты были одеты в школьную форму. На другой… — я резко отвернулась, не глядя и не думая о том, что увидела. Надеюсь, Бэрронс держал моих родителей подальше от всего этого разврата.
И хотя я мысленно настроилась, что увижу, как люди и Темные тусуются вместе, флиртуют и разбиваются на пары, но все же была к этому готова. Для меня, как ши-видящей, «Честер» — проклятое место.