– Миледи! – воскликнул один из всадников, я лишь рассмотрела его белую лошадь и коричневую высокую обувь. Как прилежная леди я не должна поднимать головы или смотреть на мужчин, не представленных на приеме, бале, мероприятии, или дома, когда посещают гости. Вот так, столкнувшись в городе или еще где-то, я не должна говорить, или смотреть на них, и они не имеют права требовать от меня иного поведения. Это сейчас сыграет мне на руку.
– Не бойтесь!
Но я лишь сильнее склонила голову, отворачиваясь от всадников.
– Ты ее пугаешь, – послышался смех второго мужчины, с более взрослым голосом.
– Почему? – возразил первый. – Помочь ведь хотим.
– Вы можете поднять голову, – услышала я третий голос, такой спокойный и сильный, но лишь отрицательно мотнула головой. – Не переживайте, никто не обвинит вас в невоспитанности или незнании этикета, и тем более не опозорит. Даже за этот круг не выйдет то, что вы посмотрели на мужчину без представления его вам ранее.
Я хотела рассмеяться – прямо картина маслом – благородные всадники спасают бедную одинокую леди в лесу.
– Как хотя бы вас зовут? – спросил вновь первый.
– Видишь, Олман, тебе вот такие невесты нужны, – сказал четвертый мужчина, – а не те, которые сами в постель прыгают, окидывая пылким взглядом.
Мужчины рассмеялись. Я с силой сжала поводья.
– Точно, может, эта милочка согласится? – произнес пятый, и от его прозвища меня чуть не замутило – именно так меня называл тот старик. Я буквально чувствовала, как меня прожигают взглядами, особенно один – сильный и серьезный.
– Боюсь, что мы от нее и слова не дождемся, – произнес с грустью первый, кто заговорил со мной. – Вам угрожает опасность?
Отрицательно мотнула головой.
– Может, вы потерялись?
Вновь отрицательно мотнула головой.
– Тогда что? – уже с нетерпением произносит, и я слышу, как он слазит с лошади.
– Леон, даже не думай, – властный голос незнакомца, и молодой мужчина останавливается буквально в двух шагах от меня.
– Скажите хотя бы, из какого вы рода? – произнес третий.
– Что вы к ней пристали? – подал реплику пятый. – Словно впервые женщину увидели.
– Возможно, она нуждается в помощи, – отозвался первый. – Никогда не слышал, чтобы женщина одна ездила по лесам.
– Если бы нуждалась, то сказала бы – закон не запрещает просить о помощи при нужде, и это не позорно при беде, – произнес пятый вновь.
– И все-таки, – вступил сильный голос, – мне тоже стало интересно, что же тут, среди дикой природы, может делать одинокая леди?
– То, что она из аристократии, это точно, – заметил второй.
– Да, и цвет волос такой редкий, встречается только у нескольких семей. Хотя, может, она иностранка?
– Беглянка? – посмеялся первый.
Я вздрогнула, так как к моей ладони кто-то прикоснулся. Тут же попыталась смахнуть сильную руку. Они тратят мое время, я обернулась к лесу.
– Не бойтесь, – произнес мужчина, вновь коснувшись меня, его сильная рука почти в два раза больше моей, на мизинце виден перстень, – возьмите это.
Он раскрыл мою ладонь и вложил в нее кольцо. Серьезно? Я только что одно выкинула. Хотела отрицательно мотнуть головой, но меня удержали.
– Не отказывайтесь, если вам будет угрожать опасность, наденьте его.
Я замерла, разглядывая синее тонкое колечко.
– И что, мы ее так оставим? – удивился первый, послышался топот множества копыт.
Когда от меня отъехали, я подняла голову и, кажется, все-таки столкнулась взглядом с яркими зелеными глазами. Но может, это мое воображение?
Глава 2
К вечеру припустил сильный ливень, я успела надеть плащ, чтобы не промокнуть, но поняла, что коню очень тяжело двигаться. Дождь, словно стена, обрушился на нас. Не понятно, где можно остановиться. Куда ни глянь – только лес да река. Хотя ведь мы выходили из леса…
Конь двигался медленно, в непонятном направлении. Живот скрутило от голода. Стало стремительно темнеть, холод и сырость пробирались под одежду. Я вся продрогла. Сумерки, кругом только неизвестные леса. И вой волков. Каким образом мы свернули с тропы?
– Куда мы? – дрожа, спросила своего спутника, но тот, конечно, не ответил.
Очевидно, мы в тупике: вой приближается, деревья выстроились густым частоколом, дождь и не думает прекращаться. Конь тоже испуган и устал за целый день скачки. Что же делать? Я с силой сжала сморщенные отсыревшие пальцы. Ну, вот и прибежали… прямо к смерти.
Нет, не верю. Не может все так глупо закончиться. Ведь я сбежала от такого брака не для того, чтобы просто сгинуть в лесу?! Так немыслимо и беспечно, словно судьбой была предписана смерть.