Тут я понимаю, что Тэлман прав. Мое положение окажется еще более шатким, я буду на прицеле и в тоже время не смогу задействовать власть для защиты. А еще сроки… Ведь скоро я совсем буду беззащитна. Кажется, отец задумался, а после сказал:
— Тогда лучше Розе уехать. Только на этот раз, как полагается. До тех пор, пока мы точно не будем уверены в том, что орванстов и предателей больше нет. Как только все встанет на свои места, Роза вернется, и вы сыграете свадьбу. А после коронация. Как будто вы еще не были супругами.
Я помрачнела.
— Думаю, отец все же прав, вы поспешили с браком, — мягко сказала мама.
— Орвансты могут находиться в любом королевстве вокруг своей старой земли, а это половина материка, — возражал Тэлман. — Куда мы должны отправить ее, чтобы они не добрались? Я же буду в очередной раз метаться к ней, чтобы убедиться, что все хорошо и она в безопасности. А это лишняя трата сил. Вы ведь понимаете, Самуил, что подобный вариант еще более сомнителен. Если кто-то узнает и доложит, я могу не успеть...
Кажется, отец совсем стал хмурым, мама тоже обеспокоенно сжала ладони и внимательно посмотрела на супруга.
— Тогда, да, — кивнул папа, — но я прошу о высшей защите для моей дочки, и еще о магических тренировках. Также настаиваю на ваших общих занятиях: если вы сможете объединить магию, орвансты точно сгинут в бездну...
— Естественно, — оскалился Тэлман, — неужели, Самуил, вы думаете, я пренебрежительно отношусь к защите Розы?! Дворец выйдет на первый уровень безопасности, и я уверен в людях, которые меня окружают.
Я задумалась: и речи не может идти о том, чтобы я уехала. Он прав, самое лучшее — это укрепить позиции и стать королевой. А еще...
— А еще можно сделать ход конем, — добавила я, и на меня тут же все посмотрели. — В любом случае, как только я взойду на престол, новость разлетится, и все узнают, кто я. Это точно склонит врагов к действию. Они выползут, им нужно будет торопиться. Но, если они узнают… — тут я не надолго замешкалась, — что скоро родится наследник, это совсем выбьет их из колеи.
Три пары глаз воззрились на меня с искренним изумлением.
Тэлман, наверное, больше удивился тому, что я сказала о своем положении.
— Роза, — не выдержала молчания мама, — это правда, или просто версия спасения?
— Дорогая, наша дочка никогда так не шутила, — засомневался отец.
— Это правда, — сказал Тэлман. Усмехнулся и добил: — Двойня.
Мама вновь залпом пила воду, а я краснела.
— Да, тогда и речи не может быть об ее отъезде, — тяжело вздохнул отец. — Вы ведь ее питаете?
— Да, поддерживаю, — подтвердил король, — поэтому вы понимаете...
— Тогда, ясно. Но, дорогая, рисковать ребенком… точнее, детьми в таком положении… — совладал с собой отец.
— Это все равно скоро все узнают, но тогда Тэлман не сможет подловить момент. А тут, представь, что коронация, а после на балу объявляют о том, что ожидаем наследника. Это будет как гром среди ясного неба… И позволит отследить действия дезориентированного противника, подловить изменения в королевстве.
— Дааа, — протянул король, обдумывая, — ты права, мой цветок...
— В любом случае, их осталось немного. Почти все, кто был замешан в грязное дело возрождения орванстов, уже пойманы, — сказал отец. — Похоже, как такового выбора у нас нет, и этот план самый действенный.
— Все равно, — переживала мама, — не слишком ли рискованно? Теперь угроза будет для всех наших детей.
— Для безопасности я сюда вас и пригласил. И далее предлагаю так же — перебраться во дворец с нами.
— Благодарю, — кивнул отец, — нам так вправду будет легче.
— Роза, — строго посмотрела на меня мама, когда мужчины, продолжая разговор, отошли к окну, — разве так я тебя воспитывала?
Я виновато опустила голову:
— Я замужем, вот уже два с половиной месяца, поэтому все законно.
— Дорогая, — усмехнулась мама, — ты это будешь рассказывать своим подданным, но не мне. Я прекрасно поняла, какие махинации провел король, дабы сохранить твою честь.
— Мам, — теперь я слегка разозлилась, — вот именно, я практически уже королева. В любом случае, уж лучше в фаворитках короля, чем замуж за графа Милонского.
Мамино лицо смягчилось.
— Тут, пожалуй, я с тобой согласна, — в ее глазах показались слезы. — Никак не могу простить себе, что не смогла вас защитить...
После этого она встала и ушла.
А мое сердце сжалось, и теперь уже я достала платок и, наплевав на приличия, утирала ручейки со щек. Мне стало так жаль маму за то, что ей пришлось пережить...
— Роза, — позвала мама, я подняла глаза. — Ох, родная, вот, попей воды, — она протянула мне очередной стакан. — Эти гормоны… Тяжело вынашивать в первую беременность двойню. По себе знаю. Но я буду с тобой.