Оставив на попечение сестры квартиру, отправился Синеглазов трудоисправляться в колонию нового европейского типа.
Что означало понятие «колония европейского типа» толком никто из руководства не знал, но Косте повезло.
Колония была старой, построенная ещё в тридцатые годы прошлого века. Как в виденном в детстве кино, периметр окружал забор, поставленный из огромных стволов деревьев и обычных бетонных блоков. Поверху вились завитки колючей проволоки, а на вышках стояли солдатики, равнодушно смотревшие на охраняемых.
Но в принципе, было не так уж страшно. Ко многому можно привыкнуть. Начальство особо не лютовало, срубая «бабки» с особо блатных экономических преступников. И особое рвение и пристрастие, почему то, проявляли курсантики. Злобнее зверя, чем звереныш, наверное, нет. Он ведь только учится.
Противным, конечно, был личный досмотр. Разглядывание зубов и поиск, прицепленной к ним веревочке, поза в виде буквы «Г», приседания и наклоны по приказу, поиск свежих шрамов, особенно на груди. Потом он узнал, что особо «умные» товарищи делали так называемый «кармашек»: на груди производился надрез, куда вкладывалось нечто мелкое, но ценное. А когда возникала нужда, то «кармашек» вновь «распарывался» и груз вынимался. Как оказалось, в человеческом теле полно мест, куда можно что-нибудь спрятать. Но так делали только те, кто не смог договориться.
Но он узнал об этом позже. А пока радовался, что в отряд попал тихий, и ему определили работу при лазарете.
Доктор оказался тихим хроническим алкоголиком, предпочитавшим проводить время в пищеблоке или спать на кушеточке, запершись у себя в кабинете.
Проверив квалификацию Синеглазова, он преспокойно переложил на него свои обязанности. А сам, только недавно освоив ПК, погрузился в разнообразнейший мир виртуала. И даже стал меньше пить.
Костик же стал своим и у товарищей по ... ээээ... работе и у товарищей из так сказать контролирующей организации.
К счастью, никто не предлагал ему нежной, но суровой мужской дружбы. Так что жизнь проходила размеренно, спокойно. Только когда прибывала новая группа будущих правоохранителей, то напрягались все: начальство сразу врубало отключенные обычно глушилки, усложняя общение по мобильникам не только себе, но и жизнь жильцов ближайших домов, ужесточало контроль по всем фронтам, а граждане осужденные старались молодняку на глаза не попадаться.
Работы у Кости было немного. Контингент попался на свободе за здоровьем следивший, даже, как ни странно, курящих было мало. Так что в основном Костик лечил простуду, вывихи, колол какие-то, присланные гуманитаркой, витамины, массировал остеохондрозную спину начальника, ставил системы доктору.
Так что свободного времени у него была куча.
И тут доктор, не только хронический алкоголик, но и не обремененный семьей человек, заинтересовался сайтами знакомств. Подсев на парочку, он понял, что, может быть, он и обаятельный человек, но здесь этого никто не оценит. Здесь нужно уметь мысли свои преобразовывать в слова. Написав пару раз фразы типа «Хочу увидеть тебя во всей твоей красе» и получив в ответ не очень лестные словечки-буковки в свой адрес, он сменил гордое имя Арамис Дартаньянов на более простой ник «Одинокий» и стал придумывать как же очаровать этих виртуальных дам.
И тут ему попался на глаза Синеглазов, бойко заполнявший карту.
- А ты это...поэтов каких-нибудь знаешь? Но чтоб не из школьной программы?
Костик подумал и честно признался, что нет, не знает, но всегда можно скачать в электронном виде парочку стихов. Потом он показал доктору, как это делается. И доктор стал забрасывать несчастную сеть чужими виршами. Дамочки раскололи его быстро. И он опять попросил Костю оказать интеллектуальную помощь.
И он помог.
Теперь его время делилось на работу в медблоке и на работу во имя имиджа доктора.
Он посылал длиннющие письма и ему всегда отвечали. Ему это стало нравиться.
«Я стану брачным аферистом», - подумал он, посылая очередное сообщение.
Своё будущее он уже себе представлял ясно.