- Мои уши ужасно болят от этой оглушающей тишины, может расскажем о себе? Всё равно в округе нет ни одного живого существа, нас никто не заметит, не услышит, однако я сойду с ума, если мы и дальше будем идти молча, - страдальчески произнесла Риг.
- Не думаю, что это хорошая идея. Мы знаем всё необходимое друг о друге, большее может навредить кому-то из нас. Однако, я согласен с тем, что тишина режет уши. Она какая-то неестественная, и меня это настораживает. Скоро взойдет солнце, тогда мы сможем оглядеться вокруг и решить, навредит ли нашей безопасности простая беседа, - сказал Кап.
- Да чем может навредить обычный рассказ о себе, а? Я же не заставляю тайны раскрывать, - возмутилась девушка.
Кап резко остановился и, как мне показалось, сурово посмотрел на Риг.
- Нашей прошлой жизни больше нет, Риг. У нас есть сокращенные имена и бескрайние возможности для того, чтобы создать самих себя, создать свою новую жизнь такую, какую мы захотим. Всё остальное не имеет никакого значения! Ясно!?
Девушка от неожиданности вздрогнула. Тон Капа напугал её и Риг пришлось подчиниться мужчине, хотя она этого не желала.
Мы продолжили свой путь, а я задумалась над тем, что же такое случилось с Капом в его прошлом, что он так сильно хочет это забыть?! Конечно, у меня тоже есть такое же желание, но мне кажется, что если я забуду то, что со мной произошло, повторю свои ошибки. Да, с одной стороны мне пришлось подписать договор, который явно вел меня к смерти, и я была не против этого, ведь дома меня ждала такая же участь. С другой же стороны, где-то в самой глубине души там, куда я никогда не любила заглядывать, живет надежда на лучшую жизнь, в которой не хочется допускать старых ошибок.
Через какое-то время из-за горизонта показался кусочек чего-то яркого, светлого и теплого. Это было солнце. Оно было такое красивое, по сравнению с окружающей нас обстановкой, что невольно подумалось: «Вот она, надежда!». Мы с ребятами пробыли в этом мире всего ничего, но уже поняли, что здесь преобладает серость, мрачность, а это солнце – единственное яркое, что есть на этой планете. Боль во всем теле была моментально забыта, и, как оказалось, не у меня одной. Весь отряд остановился и молча наблюдал за восходом солнца, окрасившего темное небо в яркие краски.
Именно в такие моменты мы понимаем, насколько ничтожны по сравнению с природой. Сколько надежды в этом прекрасном рассвете! Земля погрязла в мусоре и возможно скоро ей вообще придет конец, но Солнце как будто говорит: «Не унывай, всё хорошо. Ночь обязательно сменится днём, также, как и твои беды закончатся.»
Через несколько минут мы оторвали глаза от неба и посмотрели вперед. После того, как взошло солнце, мы смогли рассмотреть мусор повнимательнее. Это были различные железяки, пластиковые бутылки, старая, никому ненужная электроника. Весь этот хлам сверху был покрыт плесенью, землей и пылью, что добавляло серости и мрачности этому месту. Оно напоминало мне давно забытое кладбище. Ещё немного, и оно закончится. Мы уже видели границу, где мусор сменяется землей, нужно всего лишь спуститься с этой горы…
***
Свалка закончилась, и мы спустились на землю, мягкую и приятную ногам. Кап разрешил немного передохнуть перед дальнейшей дорогой.
Какое было облегчение, когда я плюхнулась своим мягким местом на землю! Немного посидев, решила залечить раны на ногах. Достав из рюкзака, который нам выдали на базе, аптечку, я принялась снимать ботинки с ног. Обувь была безнадежно испорчена, однако, другой ни у кого из нас не было, придется смириться с этим.
Ботинки снимались плохо, а вернее вообще никак. Засохшая кровь крепко приклеила ступню к обуви, и когда я попыталась вытащить ногу из ботинка, меня пронзила резкая боль, от которой я вскрикнула. На мой крик повернулся весь отряд.
- Ола, ты чего так кричишь? Мы думали на тебя кто-то напал! – взял слово Кап.
«Сами бы попробовали», - подумала я, но вслух сказала:
- Извините, просто я не могу снять эти долбаные ботинки.
Мужчина с сочувствием посмотрел на меня и сказал: