Вскоре больную перевели в общую мужскую палату, при этом подстригли под «бокс», дали брюки, пояс, пиджак, а это было летом, и конечно, пачку папирос «Казбек». Казалось, что двухлетнее страдание вознаграждено, однако, видимо, самыми мучительными были следующие месяцы вживания в образ мужчины, в деталях и тонкостях обыденной жизни. Она стала говорить грубым голосом, задиристо, плевать сквозь зубы, украшать стенку около кровати различными фотографиями обнаженных девиц.
Вскоре дежурные врачи стали замечать нашего юношу с девчонками в темных уголках коридоров, все это стало приобретать настораживающие формы. Пришлось читать много литературы о сексопатологии, изменении психики людей при подобных обстоятельствах. Литература, которая изобилует в наше время, тогда была в запрете и выдавалась только по специальным разрешениям.
На кафедре, посоветовавшись, приняли решение рекомендовать ей учиться в университете на юридическом факультете, дабы вооружить ее знаниями закона. Настало время выписки из стационара, пришел начальник паспортного отдела милиции и выдал ей паспорт на имя не Василисы, а Василия и провел большую разъяснительную беседу.
С тех пор периодически в городе я видел статного, ладно сложенного молодого человека с бело-матовой кожей в хорошо сшитом темном костюме, выходящего из дверей университета, бережно ведущего блондинку. Периодически он наведывался ко мне, проверялся, и мы вели долгие необходимые беседы. Брак свой он не оформлял официально, но половой жизнью жил, по-видимому, успешно.
Удивительная вещь природа, как она все приспосабливает для своих нужд, уже спустя девять месяцев созданный нами орган четко напоминал естественный. В организме недоставало мужских половых гормонов, а введенные внутримышечно не давали желаемых результатов. Пришлось консервировать яички погибших людей при автомобильной катастрофе и просаживать на сосудистой ножке в мышцы. Василий был счастлив, свершилась его мечта, он стал не только мужчиной, но и любимым женщиной. Перед последней встречей с ним вновь было огорчение, но уже на другую тему — отсутствовала растительность на бороде. Оказывается, для полного счастья ему следовало отрастить бороду и поехать в родной аул с женой и показать всем, как они были неправы, считая его женщиной.
Так, в молодые годы мне пришлось приобрести опыт общения и умения помогать больным, казалось, вовсе не хирургического профиля, страдающих половой слабостью, нехваткой в организме гормонов, приобщиться к секретам фалопластики.
Психика этих несчастных людей, страдальцев, изломана порой нечеловеческими страданиями, они замкнуты, одиноки и свою неполноценность возводят в ранг трагедии, порой не желая жить и склоняясь к суицидальным попыткам.
В 60-е годы эта проблема не очень интересовала хирургов, так как появилась возможность проводить обширные операции, работать на сердце, легких в силу того, что в хирургию вошел эндотрахеальный управляемый наркоз.
Между тем, сама идея консервирования и пересадки яичек имела смысл и была не так уж сложна в реализации. Изучая действие отечественного препарата цигерола на заживление ран, невольно пришлось заниматься и вопросами лечения термических ожогов кожи, подготовки поверхности к пересадке, т. е. пластического закрытия дефекта.
Ревнивая любовница облила пьяного сожителя бензином и подпалила ему промежность. Более года находился бедолага на лечении, хотел покончить жизнь самоубийством.
У трагически погибшего молодого человека с идентичной групповой принадлежностью были взяты и консервированы яички и подсажены в прямую мышцу живота, а в области мошонки подсажены шарики бадминтона, которые создавали иллюзию яичек. О наших хитростях больной не знал. Долгие годы приходил он ко мне на проверку и консультации и всегда благодарил за хорошо функционирующие яички.
Как-то мне в руки попала маленькая статья, любовно вырезанная автором и переплетенная в твердую обложку. Содержание ее меня заинтересовало, так как там взволнованно описывался случай полного отсечения пальцев рук у девочки 10 лет и отсеченные пальцы были в больнице промыты и тут же пришиты на свои места, но без сосудистого шва. Удивительное заключалось в том, что пальцы прижились, и уж во всяком случае не отторглись. Была дана фотография прижившихся пальцев.