— Да. Но ты ж знаешь мою страсть к комфорту и новизне,— рассмеялся директор. — Надеюсь, в конторе меня не сильно накажут за это.
Я прошлась по кабинету. Здесь действительно было хорошо. Хай тек, как я всегда любила.
— Ладно, присаживайся, — Хайнц указал на широкое кожаное кресло.— Как всегда?
Директор бросил в низкий четырёхугольный бокал кусочек льда, плеснул виски, протянул напиток, и жестом показал на открытую пачку сигарет.
— Так чем заинтересовалась контора опять? — его острые маленькие глаза в упор глянули на меня, как будто изучая.
— Ничего особенного, обычная плановая проверка, — я осторожно попробовала виски. А он был неплох. Довольно неплох. У Хейнца был вкус.
— Но я все результаты исследований регулярно посылал генералу, с видео отчётами. Мы идём в графике.
— Это так. Но... — нерешительно протянула я, потом отставила недопитый бокал. — Хорошо. Контора недовольна вашими последними экспериментами. С мозгом крысы. Они считают их опасными.
— Но позвольте, позвольте, бионика и биороботы сейчас в приоритете военных разработок почти всех стран. За этими технологиями будущее!
Хейнц вскочил и начал быстро ходить взад-вперёд по кабинету, бешено жестикулируя и споря. В первую очередь сам с собой, ибо я ему нисколько не возражала, и лишь внимательно слушала.
— Все эти эксперименты с дронами — полное дерьмо. Какой искусственный интеллект? Самые лучшие разработки компьютеров в этой области по эффективности чуть выше нуля. Танк с машинным разумом? Ерунда. Любая нестандартная ситуация, любой нестандартный противник, и мы получаем мёртвую груду железа, пытающуюся переварить поток информации, причём такой, к которому его не готовили. Мы решаем одну проблему, перед нами встаёт десять новых. Да. Стационарные системы вооружений можно использовать с электроникой. Распознавание свой-чужой. Дешёвый древний принцип. То, что должно ездить, летать и плавать, мы никогда не обучим полностью автономным действиям. Мозг крысы. Грёбаной маленькой вонючей крысы в несколько раз умнее, чем самый продвинутый искусственный интеллект. Впрочем, увидишь сама. Пойдём.
Хейнц жестом позвал меня, и вышел из кабинета. Чуть дальше по коридору находилась бронированная дверь с контролем допуска. Директор взглянул в датчик, и дверь неслышно скользнула в сторону. Внутри горел неяркий свет, стояло лабораторное оборудование, и прямо в центре лаборатории находилось устройство, отдалённо похожее на терминал для тренировки лётчиков.
— Иди, посмотри, — Хейнц включил оборудование. Большой дисплей медленно становился всё ярче. Так и есть. На дисплее отображался вид из кабины истребителя. — Вот тут находится крыса.
Я заглянула директору за плечо, и чуть не вскрикнула от омерзения. В небольшом сосуде с физиологической жидкостью находилась большая крыса. К её голове был прикреплён пучок тонких проводов, а к телу крепились трубки с циркулирующей кровью и ещё какими-то жидкостями.
— Крыса сейчас в анабиозе. Что-то вроде сна или гибернации. Представь себе, что она находится внутри настоящего самолёта. Итак, я программирую боевой вылет. В пятидесяти милях от аэродрома движется колонна вражеской техники. Наша задача её уничтожить.
Хейнц сел за столом с ноутбуком, и принялся быстро печатать, вводя данные. На большом дисплее отображались символы. Что за язык программирования, я так и не поняла. Всё-таки я не спец в такого рода техники.
— Смотри. Я включаю аппарат. Сейчас мы это делаем вручную, однако в реальном самолёте это будет радиосигнал, — Хейнц щёлкнул каким-то тумблером и картинка на дисплее стала меняться. Самолёт пришёл в движение. Вот он набирает высоту. Одна, две, три мили. Небольшое подрагивание, истребитель чуть кренится, но тут же выравнивается, и делая крутой вираж, летит по заданному курсу.
— Вот видишь, видишь, — увлечённо вскричал Хейнц, тыкая пальцем в экран. — Тут была воздушная яма, но пилот справился и выправил самолёт. Искусственный интеллект с различной долей вероятности промахивался с пилотированием, и в тридцати процентах случаев мы теряли аппарат. Сейчас стопроцентная надёжность. Дождь, снег, гроза, сильный ветер уже не преграда.
На дисплее среди деревьев на лесной дороге показалась колонна бронетехники. Бронированные машины пехоты, автоцистерны с горючим, зенитная установка. Вдалеке показался вертолёт воздушного сопровождения. Начался бой. Истребитель выпустил несколько самонаводящихся ракет, подорвал вертолёт, цистерну с горючим, потом из скорострельных пушек докончил уничтожение колонны. Всё это произошло в течении нескольких минут.