на удивила его похлеще прошедшей недели. Хакайна стояла над матерью, держа в одной руке таз, а другой обтирая бледный лоб матери полотенцем. Вокруг растрескавшегося рта женщины виднелась кровь, как и в содержимом таза. Конго разного повидался за время совместной жизни, но происходящее сейчас давало чёткое понимание о сильных ухудшениях. Он даже на мгновение пожалел, что пришёл так не вовремя, но в этот момент мутный взгляд Клэр выхватил его силуэт в арке. Она попыталась улыбнуться. - Я так рада, что ты пришёл. Подожди немного у себя, хорошо? Дай нам время. - хрипло попросила она, глотая булькающие звуки в горле. Конго лишь коротко кивнул и вышел. Цветы и пакет он оставил на тумбе в коридоре, после чего в нерешительности замер возле лестницы, ведущей на второй этаж. "У себя" - значит она всё ещё воспринимала ту комнату, как его собственную. Последний раз он там был перед своим первым переездом. Желудок скрутило от волнения. В любом случае, это лучше, чем путаться в гостиной под ногами Хакайны. Она знает, что делает, это было заметно в каждом её движении. Поднявшись на второй этаж, он прошёл мимо широкого стеллажа и толкнул дверь напротив лестницы. Конго ожидал наткнуться на затхлый воздух и толстый слой пыли, покрывающей всё свободное пространство. Однако к его удивлению всё было чисто и аккуратно, а мансардное окно стояло на проветривании. Здесь регулярно убирались. Пройдя вглубь, парень принялся изучать окружающие его предметы: вот стеклянный шкаф, в котором хранились все его кубки, медали и грамоты; кровать из тёмного дерева с изогнутой спинкой; большой коллаж из фотографий прямо над ней - это был подарок Момо на его 16-летие. Пробковая подложка была прибита к стене, потому забрать с собой в новое жилище, не повредив, не получилось бы. Большая часть снимков была сделана на предыдущих спортивных сборах, поэтому то тут, то там мелькала Ангелина. На одном из кадров девушка сидела на коленях Такуми, а он обнимал её со спины. Оба выглядели очень счастливыми. Послышался скрип ступеней, и Конго обернулся. Заходя в комнату, он даже не удосужился прикрыть за собой дверь, поэтому сразу увидел в проходе сестру. Хакайна облокотилась на дверную коробку. - Удивлён? - спросила она. Конго кивнул. По правде говоря он думал, что из его комнаты сделают склад или типо того. Парень отвёл взгляд, сжав челюсть. То, что он увидел внизу, шло вразрез с его представлениями о сестре. Он был уверен, что она не выходит из комнаты без острой необходимости, а при удобном случае сбегает из дома. Почему? Да потому что он так и сделал. Но вместо этого он своими глазами увидел, что Хакайна ухаживает за матерью. Хотя ликой должен был об этом догадаться - ведь никакой другой прислуги здесь просто не было. - Сколько ты уже с ней... Вот так? - выдавил он из себя, всё также не поднимая головы. Кончик хвоста нервно раскачивался, как маятник. - Именно вот так. - девушка подчеркнула последние два слова, намекая, что ситуация обострилась - Год. До этого она ещё что-то старалась делать сама. Она помолчала, после чего подошла ближе. Конго пришлось посмотреть на неё. В её взгляде теперь читалось незнакомое раньше чувство - обида. - Я знаю, о чём ты думал. - красноглазая горько усмехнулась - Что я целыми днями где-то шляюсь с друзьями, пока матери жопу сиделки подтирают. Вот только для Клэр это было бы хуже смерти. Ты не представляешь, насколько это унизительно - быть в здравом рассудке, и при этом не иметь возможности сделать самостоятельно хоть какие-то базовые вещи. Поэтому я делала всё, чтобы она чувствовала себя комфортно. Конго молчал. Ему было нечего ответить. - Ты всю жизнь жалел себя. Что отец тебя не растил, что такой нехороший, привёл в дом другую женщину с ребёнком. Вот только он делал всё это ради тебя. - с укором продолжала она, и эмоции на лице девушки становились всё ярче - Знаешь, что самое обидное? Я здесь вкалываю одна, день за днём, месяц за месяцем. Лишь изредка ночью я могу сходить куда-то, выпить. Просто чтобы почувствовать себя человеком. Ты понимаешь? Не домработницей, не кухаркой, не санитаркой. Человеком! Пока ты и Бэннет живёте так, как вам хочется. И при всём при этом она продолжает вас любить, хотя вы этого не заслужили. Конго поморщился, словно она его ударила, и сделал шаг назад. Губы Хакайны задрожали, и она плотно их сжала. Потом сделала медленный вздох, возвращая себе непроницаемый вид. Парень видел, что она хотела добавить что-то ещё, но почему-то не стала. Вместо этого она поправила растрепавшиеся волосы и шагнула к лестнице. Перед тем как спуститься, она бросила ему через плечо: - Я бы с радостью вышвырнула тебя сейчас, но Клэр ждёт. Так что иди. Конго последовал за ней не сразу. Какое-то время он продолжал стоять в середине комнаты, как ребёнок, потерявшийся в супермаркете. Слова Хакайны были жёсткими, и разили в самую цель. Он и подумать не мог, что всё это время чувствовала сестра. Он был уверен, что она последовала его тактике и от всего отстранилась. Тем более взаимная предвзятость у них прослеживалась с детства. Или ему так казалось? На ватных ногах парень спустился обратно в гостиную. Хакайна разливала чай по фарфоровым чашкам, Клэр умиротворённо разглядывала что-то в окне. Как будто ничего и не было - ни приступа, ни разговора. Он откашлялся, привлекая к себе внимание. Мачеха обернулась, добродушно улыбнувшись. - Прости за ожидание. Поставишь цветы в воду, хорошо? * * * * * - Вот оно как. - задумчиво проговорила женщина, развязывая пакет с фруктами. Конго рассказал ей о результатах похода к Скотту, а также про Хару и её инициативу с продуктами. Клэр расспрашивала про новую соседку, и Конго старался отвечать подробно и честно. - Судя по всему, Хару - очень добрый ребёнок. Не представляю, какого это, расти в подобном месте и вот так резко оказаться совсем в чужом мире. Наверное, ей нелегко приходится. - женщина покачала головой, после чего лукаво покосилась на пасынка - Не обижаете её? Конго слабо улыбнулся. Он не мог понять, что сейчас чувствовал и что именно стало катализатором - но ему хотелось быть откровенным перед мачехой. Хотя бы раз в жизни. - Я обижаю. Мне с ней.. Тяжело. - выдохнул он. Это была чистая правда: он совершенно не знал, что с ней делать и как поспевать за её сменой эмоций. В этом плане она напоминала активного ребёнка. Конго же был привержником стабильности и неизменности главных вещей. Ему было важно сохранять знакомую обстановку, он не рвался за новыми впечатлениями. А вот Хару была вся на эмоциях, и охотно бралась за что-то новое. - Её тоже можно понять. Ей здесь всё в диковинку. Прожив 19 лет в изоляции, она не знала, что может быть по-другому. Она не хуже и не лучше вас, просто другая. Это нужно принять, и тогда это не будет так тебя беспокоить. - проговорила Клэр, протягивая Конго очищенную дольку мандарина - Кроме того, ваше общение может принести пользу вам обоим. Обмен опытом и знаниями это всегда хорошо. Конго не задумываясь бросил угощение в рот. Он не смотрел на эту ситуацию с подобного ракурса, потому что это означало что-то поменять в привычном укладе жизни. А этого он старался избегать. Но что, если Клэр права? - Твой отец тоже был таким. - внезапно упомянула Клэр, и на её губах скользнула лёгкая улыбка ностальгии - Избегал всего, что не вписывалось в его мировоззрение. Любой день "не по расписанию" вгонял его в стресс. А ведь иногда нужно просто жить, понимаешь? Неожиданности тоже бывают приятными, Конго. Парень внимательно посмотрел на неё. В его сердце поселилось сомнение. Он был не уверен, что то, о чём она говорит, ему подходит. Но из размышлений его вырвал внезапный звонок от Момо. Они вернулись.