Добравшись до дома, он почувствовал накатившую усталость. Сегодняшний день просто прошёлся по нему, и это не могло не сказаться. Момо обернулась раньше него, и они втроём с Такуми и Хару пили чай на кухне. Судя по болезненному виду Хару, подавление - чтобы это ни было - начинало проходить. Теперь же она просто-напросто не моргала, чтобы не дать волю слезам. Чтож, сам Конго мог только догадываться о том, какого ей было. Такуми, сидевший напротив входа, первый заметил возвращение друга. - Ну что там? - с порога спросил он, и все остальные резко обернулись. Теперь на него смотрели три пары глаз, наполненные надеждой на лучшее. - Она мне поверила и согласилась помочь. - кратко отчитался Конго. В принципе, это всё, что им нужно знать. Друзья дружно выдохнули. Тогда ликой-волк вопросительно посмотрел на Момо. Она торопливо поставила чашку на стол. - У меня в целом тоже всё решилось. Она мне, конечно, не поверила, но помочь согласилась. Сказала, чтобы Хару подвезла детей завтра утром. - Мировая женщина. - улыбнулся Такуми, громко отхлёбывая. Конго ощутил заметное облегчение. Ну, хоть что-то. Скорее всего, дети пробудут в больнице не меньше десяти дней. Сборы продлятся две недели, не считая дороги. А значит, к возвращению спортсменов Вольфрам и Ребекка будут готовы ехать домой. По крайней мере, на это был расчёт. Пусть им поменяли внешность, и Купер увёл преследователей по ложным следам, оставаться в городе детям всё же было опасно. Как, впрочем, и Хару. Но там пусть сама решает. Как бы то ни было, теперь можно наконец и отдохнуть. До отъезда осталось не так уж много времени. - На мою долю чай остался?