Хотя, если так подумать, на развод Джон не злился. Да и что было делать ей, роскошной молодой блондинке с блестящими, как у кошки глазами, с ним – жирным, скатывающимся на дно банкротом? Да и что в таком случае видела бы дочка – как он забрасывается по вечерам после работы «санрайзом» или хлещет виски?
«Хорошо, что Лизетт ушла, и дочь забрала, – подумал Джон, направив гравоцикл над песчаной дорогой, – живет теперь с этим лощеным адвокатом, вот такие вечно голодные собаки как этот ее Филип и протолкнули петицию, раздули до вселенских масштабов малозначительный конфликт. Раздули, муху до треска в боках, но все же до размера слона – и на тебе, последняя инвентаризация после пяти лет судебных тяжб».
Стало невесело, Джон пожалел, что не взял сигареты или хотя бы бутылочку пива, старые привычки не позволяли ему появиться в магазине нетрезвым или дышать на покупателей после сигареты. Хотя, к черту, какие покупатели? От досады хотелось встать на четвереньки и выть, как псина. Джон сжал руль, прибавив скорости, и потянувшись к кнопке, открыл защитный купол, ветер сразу бросил в лицо жменю пыль, сорвал волосы вверх, на минуту Джон почувствовал, что все еще жив.
Гравоцикл несся по пустынной проселочной дороге, снизу, уродливыми руками-трещинами разошелся асфальт, надобность в этих дорогах отпала, в городах их давным-давно демонтировали, заменив сверкающим полотном углеродных трасс, а здесь, в глуши, никому не было дела до разваливающихся пережитков прошлого.
Такую же трассу когда-то построили неподалеку от магазина конкурентов, чтоб они пропали – «Пан Маркетс». Как тогда все переживали в «Хеппи маркете»! Упадут продажи, покупателей не будет, ведь скотина-владелец «Пан Маркет» женился на сестре мэра! Да не тут-то было, Джон знал, что ни один удобный подъезд к магазину не заставит умного покупателя отказаться от хорошего обслуживания и правильно подбора товара. А уж обслуживание в «Хэппи Маркет» было высочайшим. Каждый, буквально каждый продавец, кассир и даже грузчик на складе знал, с какими моделями работает и всегда в любую минут мог сориентировать покупателя, сам Джон, владелец магазина, обожал среди рабочего дня выйти в торговый зал, пройтись мимо товаров, аккуратно расставленных на полках, найти какого-нибудь сомневающегося покупателя и побеседовать с ним. Джону нравилось задавать вопросы, разбираться что беспокоит человека, какие задачи он хотел бы решить с помощью покупки, и что вообще он ожидает? И покупатели никогда не отказывали Джону, обязательно добираясь до кассы. Никогда. От слова совсем.
Лизетт это раздражало, – такой уважаемый объект, владелец огромного магазина, выходит в зал и консультирует, как простой продавец, а Джон это дело обожал, ему казалось, что всякий раз он решил проблему покупателя своим товаром, что человек остался доволен. И это было так. Тысячи и тысячи отзывов в облаке на «Хэппи маркет» подтверждали это, люди оставались довольны и это для Джона было так же важно, как хорошая выручка.
Дорога пошла правее, полотно неприглядного треснутого асфальта сменилось идеально гладким углеродным, пыль прекратила лететь в лицо, ехать по такой чистенькой дороге было и вправду одним удовольствием, жаль, что на трассе нельзя было нарушать скоростной режим – рука так и тянулась поддать ускорения.
Словно грибы после дождя сразу за трассой потянулись небоскребы, резко, словно из-под земли, над пустынным пейзажем вылезли высокие шпили, прохладная тень упала на дорогу, да, кататься в черте города одно удовольствие, особенно в такой ранний час. Мимо пронесся грузовой фургон, крупные гравитационные «подушки» с легкостью удерживали большой железный контейнер, «Пан Маркетс» – сверкнула серебристая шильда.
– Чтоб вас, черти! – выругался Джон, свернув с главной улицы, проехал еще немного и остановился.