– Значит, надо их стрелять, – неожиданно для самого себя сказал Тернер.
– А ты… ты в этом уверен, старик? – уточнил Рассел. – Это ведь чертовы копы, пусть и продажные. Если мы их хлопнем, пути назад уже не будет. Готов ты к этому?
– А какой у нас выбор? – грустно улыбнулся детектив.
Внезапно по ту сторону от автомобиля кто-то громко вскрикнул. И еще раз. И еще. А потом что-то упало на асфальт и покатилось – по звуку, как будто нечто увесистое и металлическое, вроде утюга… или пистолета.
– Что это было? – пробормотал Тернер.
Рассел осторожно высунулся наружу и воскликнул:
– Твою мать, Ларри! Их грохнули!
– Кого? – выпалил детектив и тут же, осмыслив, добавил:
– Как грохнули?
Друзья оторопело смотрели на три трупа – хмурых «подрывников», заминировавших квартиру Рассела, и Коула, на блондинистой шевелюре которого следы крови выглядели особенно жутко.
– Похоже, работа снайпера, – хмуро произнес негр, оглядываясь по сторонам.
– Но откуда он здесь взялся? И почему?
– Я этого не знаю, – покачал головой Рассел. – А вот что я знаю – так это то, что теперь нам точно надо срочно валить из города.
Сказав это, он на полусогнутых устремился к трупу Коула.
– Ты куда? – одернул его Тернер.
– За ключами, – прошипел негр.
– А как же снайпер?
– А как же ключи? – бросил Рассел через плечо.
Не отрывая взгляда от убитых полицейских, Тернер медленно обошел машину с другой стороны и замер у пассажирской двери. Сердце бешено колотилось о ребра, будто птица, рвущаяся на свободу из клетки; стрелок, засевший в одном из окружающих зданий, мог с легкостью снять и их тоже, но почему-то этого не делал. Может, это – часть какого-то изощренного плана, направленного против Тернера и Рассела? Но не слишком ли это сложный план? В конце концов, они всего лишь два копа, к которым в руки попал компромат на убитого приятеля Эдварда. Даже не на него самого. И ради этого перебить столько народу? Как-то чересчур… невероятно.
Тем временем Рассел опустился на корточки рядом с убитым сержантом. На то, чтобы отыскать ключи, ему потребовалось буквально несколько секунд, но Тернеру показалось, прошла целая вечность. С замиранием сердца он смотрел на друга, боясь, что очередной выстрел снайпера отбросит бездыханное тело Рассела в сторону, собрав на асфальте этакий квартет мертвецов. Но вот сержант поднялся и, походя нажав кнопку автозамка на брелоке, устремился к машине, а винтовка стрелка по-прежнему молчала.
– Давай же, старик, не тормози! – поторопил друга негр. – Поехали! Ну же!
Тернер мотнул головой, спешно распахнул дверь… и невольно отпрянул, когда грузная туша Симмонса буквально вывалилась наружу: видимо, толстяк решил на время ожидания сбросить надоевший ремень. Ухватив покойного сержанта за руку, Тернер, красный от натуги, вытащил его на тротуар и забрался в машину.
– Четыре трупа, старик, – сказал Рассел, когда детектив захлопнул дверь.
– Давай обсудим это позже? – предложил Тернер, инстинктивно посмотрев на часы.
Сержант молча утопил педаль газа в пол и погнал старый «форд фокус» прочь от места трагедии. Тернер, как завороженный, смотрел на трупы в зеркало заднего вида, пока они не скрылись из виду. Только потом он опустил взгляд и уставился на отверстие от пули в лобовом стекле.
– Рас, – неотрывно глядя на дыру, тихо позвал он.
– Что?
– Симмонса тоже убил снайпер.
– С чего ты взял?
– Пуля вошла в стекло ближе к правой опоре. – Детектив указал пальцем на отверстие. – А Коул с дружками находился слева. Они физически не могли сюда попасть.
– Твою мать, – только и сказал Рассел.
Они напряглись: «спальный» район заканчивался, и впереди был отвратительно освещенный район Джорджтаун, где на машинах с дырками в стекле стараются не ездить.
Но был ли у двух друзей выбор?
В тот вечер, казалось, весь мир был настроен против них.
2031 г., окрестности Эль-Бургана, Кувейт
– Ну слава богу, – облегченно пробормотал капитан Харт, когда ночной Эль-Бурган предстал перед нами во всей красе.
Поначалу мы видели слева от дороги только желтые прямоугольники горящих окон, но, чем ближе подбирались к городу, тем отчетливей видели контуры зданий. С тех пор как я покинул Эль-Бурган, прошло всего два дня, но захватчикам и этого времени вполне хватило, чтобы изрядно обеднить местный архитектурный фонд. У меня защемило сердце от мысли, что в этой разрухе частично виновен и я. Возможно, если бы я выполнил приказ Тейлора и устранил подполковника Огдена вместо «крота» Харриса, все сложилось бы по-другому… но на самом деле это конечно же был всего лишь самообман. Смерть выдающегося командира могла осложнить Синдикату жизнь, но она не заставила бы их отступить. Сражения продолжались бы и дальше, как и разрушения, им сопутствующие. И пусть финальный исход мог быть иным, горожанам от этого вряд ли стало бы легче – ведь неважно, какой флаг реет над городской ратушей, если ты обречен жить в руинах.