Однако вновь прибывший сразу заинтересовал Богута. Для рядового или капрала он держался слишком уверенно: те обычно тряслись от страха, хотя внешне и храбрились, а этот явно знал себе цену – гордо вздернутый квадратный подбородок, презрительный взгляд сверху вниз и благородный орлиный профиль наводили бывалого Глена на мысль, что перед ним действительно всамделишный офицер. Смущал только возраст – на вид парню было от двадцати семи до тридцати пяти.
«Не слишком ли молод для офицера?» – подумал Богут, наблюдая за тем, как рядовой снимает с заключенного наручники и отступает к двери.
Когда с браслетами было покончено, Глен указал вновь прибывшему на стул, стоящий ближе к входу:
– Садись.
Незнакомец молча подчинился. Опустившись на стул, он сплел пальцы рук перед собой и выжидающе уставился на Богута.
– Это из пятой? – уточнил австралийский ликвидатор, бросив взгляд в сторону рядового, переминающегося с ноги на ногу у двери.
– Из нее, сэр, – охотно кивнул солдат.
Глен пролистал журнал до нужного маркера и углубился в чтение. Здесь была краткая характеристика заключенного, отчет на полстранички о том, как он попал в плен (надо же – обнаружен среди обломков разрушенного взрывом здания, никаких знаков отличия), а также протокол первого (и единственного) допроса, в ходе которого пленный назвался капралом. Все это время парень с отсутствующим видом смотрел в потолок и то и дело облизывал пересохшие губы, явно мечтая о стакане воды. Прочтя заключение (а-ля «ценности не представляет»), Богут поднял взгляд на заключенного и произнес:
– Значит, капрал…
– Да, сэр, – подтвердил парень.
– Джеральд Грин, верно?
– Верно, сэр.
– И как же тебя, Джеральд, угораздило оказаться в Кувейте?
– Приказ есть приказ, сэр, – развел руками заключенный.
– Насколько я знаю, Синдикат – не регулярная армия, – заметил Богут.
– Все верно, сэр. Частная. Служим по контракту.
– И что же побудило вас заключить контракт именно с Синдикатом?
– Ну, так уж вышло, что мне их взгляды на мир поближе, чем ваши.
– Ты про лозунги типа «Кто не работает, сдохнет»?
– Таких лозунгов у Синдиката нет, сэр. Мистер Уоррен, бесспорно, хочет избавиться от всех безработных, но не убив их, а дав им рабочие места.
«Слишком спокоен. Возможно, он менее остальных подвержен стрессам. Возможно, все действительно гораздо интереснее…»
– Но рабочих мест на всех не хватит. Как тогда мистер Уоррен планирует поступить с остальными?
– Я… честно, я не знаю, – пожал плечами Джеральд. – Я – всего лишь капрал, который следует приказам вышестоящего начальства. Я не решаю таких… глобальных задач.
– А какие задачи вы и ваша армия решаете в Кувейте?
– Послушайте, сэр. – Глаза пленного забегали; вероятно, впервые с начала беседы он был заметно растерян. – Я не могу рассказать вам о планах нашего командования…
– То есть, ты лучше умрешь, чем расскажешь?
– Умре… Нет, постойте, дело не в том, что я так предан Синдикату. – Капрал поднял руки кверху. – Просто меня никто не посвящает в глобальные планы. Мне говорят: «Грин, возьми свой взвод, пойди туда-то и сделай то-то!», я говорю: «Да, сэр!», беру ребят, иду и делаю. Вот и все. Никаких далеко идущих планов – только прямые приказы, которые я и мои ребята должны были выполнить.
– Тогда зачем ты нам нужен? – откинувшись на спинку кресла, внезапно спросил Богут.
– В каком… в каком смысле? – шумно сглотнув, уточнил Грин.
Он нервно заерзал на стуле.
– Выйди, – велел Глен, отыскав взглядом скучающего у стены рядового. – И дверь прикрой.
Тот подчинился, оставив Богута и пленного капрала наедине.
– Да в самом прямом, – пожал плечами ликвидатор. – Ты ж капрал, который ничего не знает. Какой нам прок на тебя еду да питье переводить? Только место занимаешь…