Впрочем, Барнсу было наплевать на мнение этих лихачей. Капитан знал, что, с какой бы скоростью он ни ехал, дома его все равно будут ждать жена, вкусный ужин и горячая ванна, и потому медленно, но верно, без лишних рисков, двигался навстречу цели.
В глубине души он с давних пор терпеть не мог «вечно спешащих» горожан, которые своей идиотской спешкой только усложняли жизнь себе и окружающим. Вот один тебя обогнал, за ним второй, третий… Миг – и лихачи уже скрылись за поворотом. А потом, буквально минуту спустя, ты сворачиваешь туда же и обнаруживаешь, что все трое столкнулись на подъезде к очередном светофору. Ты смотришь на разбитые автомобили, слышишь стон одного из водителей – у него не сработала подушка безопасности, и он при ударе сломал нос об рулевое колесо – и думаешь про себя: «Ну и куда было так спешить?» Или: «Неужели никчемные полминуты стоят сломанного носа?»
И дай бог, если все живы. Если они стоят на здоровых ногах и, глядя на горы металлолома, в которые превратились их машины, чешут в затылках здоровыми руками. Куда хуже, если кого-то сплющило вместе с тачкой и все последующие годы этот бедолага будет перемещаться на инвалидной коляске и проклинать свою неуемную жажду скорости.
А еще ужаснее, когда из-за подобных тварей страдают честные трудолюбивые люди.
Подобных козлов Барнс готов был убивать собственными руками.
Сегодня Паттерсону свезло освободиться пораньше, и он не собирался тратить время понапрасну. Дома его ждали жена с дочкой, и агент летел к ним на всех парах, огибая на своем угольно-черном «шевроле» надоевших тихоходов.
«Черт, это ведь Вашингтон. Гребанная столица Штатов. Как можно плестись по шоссе с такой черепашьей скоростью?»
Проскочить светофор на мигающий зеленый не удалось, и Паттерсон резко ударил по тормозам и в сердцах хлопнул ладонями по рулю.
«Нэнси уже наверняка собралась и теперь кружит вокруг Клары, как юла, – думал агент, глядя наружу сквозь залитое дождем лобовое стекло. – А Клара нервничает, смотрит на часы и хмурится. Сейчас буду икать…»
Светофор нехотя переключился с красного на зеленый. «Шевроле» сорвался с места, словно охотничья ищейка, учуявшая добычу, и понесся вперед, ревя мотором.
Кто-то скажет, что десять лет – не такой уже великий срок для брака, но, черт возьми, большинство знакомых агентов и на этот «подвиг» оказались не способны. Причем Паттерсон не брал в расчет самых причудливых индивидов, которые с самого начала жили в гордом одиночестве, не в силах отыскать «родственную душу». Речь шла о рядовых агентах, в голове которых было не так уж много тараканов, чтобы их называли «причудливыми». Так вот даже эти самые, рядовые, агенты, как правило, не могли сохранять брак дольше четырех лет. И этот срок – четыре года – Паттерсон взял не с потолка, а из вполне себе официальной статистики, которая велась специальным отделом вот уже сорок с лишним лет.
А они вместе уже десять. То есть, в два с половиной раза дольше обычного.
Подумать только!..
Раньше Паттерсону даже год казался внушительным сроком, но теперь, десять лет спустя, он понимал, что это – всего лишь одна из множества ступеней, по которым им с Кларой еще только предстоит пройти.
И то, что рядом с ними есть еще и чудесная улыбчивая девочка Нэнси, только добавляет энтузиазма.
– Ну давай же, давай… – прошипел Паттерсон, сигналя плетущемуся впереди «доджу» металлически-зеленого цвета. – Поторапливайся, старик…
Столик в «Лафайете» был заказан на семь, и время уже поджимало.
Рассел любил дождь. По крайней мере, он нравился ему куда больше изнуряющей жары, которая сжигала Вашингтон этим летом. Но именно сейчас ливень был абсолютно не к месту.
Толстовка и майка насквозь промокли, как и черные носки, и даже стельки в кроссовках. Каждый шаг сопровождался омерзительным чавканьем, будто негр не по городу бегал, а по болоту.
Единственное, что его утешало, – он был уже близко, очень близко.
Одна-единственная мысль крохотным молоточком стучала в висок: «Только бы успеть!»
Он пронесся по пешеходному переходу на мигающий зеленый и заслужил раздраженный сигнал водителя угольно-черного «шевроле», который, похоже, тоже хотел куда-то успеть.