– Эй, парень! Выпусти нас! – орали обитатели соседних.
– Всему свое время.
Пленные солдаты, как мартышки, облепили решетки, каждый хотел как можно быстрее оказаться на свободе. В то время их не слишком волновало, что ожидает снаружи, – главное, что там, за дверями, воля с всамделишным небом, а не коробка два на три метра. Как они считают, там у них есть хоть какие-то шансы на спасение.
Я, однако, не спешил открывать дверь – с ключом в руке замер в метре от решетки и проорал:
– Мне нужен Джеральд Грин.
Толпа заключенных нехотя расступилась, явив мне уже знакомую по снимкам улыбчивую физиономию капитана.
– Ты ведь тот, о ком я думаю? – спросил он, наблюдая за тем, как я вставляю ключ в замок и проворачиваю его против часовой стрелки.
– Возможно, – бросил я, распахивая дверь и вкладывая ему в руки трофейный пистолет. – Выходи.
Грин подчинился.
– А мы? – горячо вопросил один из соседей Джеральда.
– Вон там автомат. – Я кивнул в сторону убитого мной «номера шесть». – А больше мне вам предложить нечего, сам налегке.
– И на том спасибо, ага… – Крикун, прошмыгнув между мной и Грином, устремился к трупу надзирателя и вожделенному оружию.
– И что дальше? – спросил Грин, наблюдая, как прочие заключенные, не веря собственному счастью, робко покидают камеру.
– А дальше мы устроим тут небольшую суматоху. – Я вложил связку ключей в волосатую руку, которая тянулась ко мне через решетку соседней камеры, и принялся расстегивать китель.
– Что ты делаешь? – удивленно вскинул брови Грин.
– Обеспечиваю тебя маскировкой.
Крикун с автоматом в руках пронесся мимо нас, за ним, радостно гогоча, устремились полдюжины человек из пятой.
– Надевай. – Я вручил освобожденному капитану китель, нахлобучил ему на голову кепку и начал стягивать брюки.
И снова Джеральд не спорил.
Когда я уже передавал ему солдатские штаны, снаружи послышались выстрелы и крики. Похоже, Крикун и его команда схватились с людьми Гэбстона. И, поскольку у заключенных на семерых был один лишь автомат, я уже знал, кто победит в этом кровопролитном бою.
– Бери с собой, потом наденешь. – Я схватил Джеральда за запястье и потащил в противоположном от главного входа направлении.
– Но двери ведь…
– Увидишь, – оборвал я его на полуслове.
Мы влетели в комнату для отдыха. Отпустив руку капитана, я подбежал к окну и рывком сорвал жалюзи. Старенький зеленый «мустанг» был на том самом месте, где его оставил бывший хозяин, Фарид, – благо налички, оставленной людьми Гопкинса в тайнике, вполне хватило на приобретение этого допотопного «корыта».
Я поднял раму и, отыскав Джеральда взглядом, рявкнул:
– Давай!
Он едва ли не «рыбкой» выпрыгнул в окно. Я оглянулся через плечо – заключенные покидали свои камеры и спешили к главному входу, охранников видно не было. Ну и хорошо…
Выбравшись наружу следом за Грином, я открыл замок, забрался на пассажирское кресло и протянул ему ключ.
– Водить ведь умеешь? – спросил я, когда он недоуменно уставился на брелок в своей ладони.
– Да так, немного… – неуверенно ответил капитан.
– Давай, садись живей, иначе нас точно приметят.
Пока он обходил машину кругом и возился с замком, я через зеркало заднего вида наблюдал за происходящей к западу от тюрьмы суматохой. Здание мониторной уже полыхало вовсю; вооруженные солдаты пытались остановить спешащих к ним заключенных очередями из автоматов, однако парочке пленников удалось избежать ранений, и теперь эти везунчики сошлись с легионовцами врукопашную.
– Давай уже, заводи мотор, – прикрикнул я на копошащегося Грина.
– Да, да, да… – Он судорожным движением ухватился за ключ, торчащий из замка зажигания.
Двигатель с неохотой фыркнул… и тут же заглох: видно, аккумулятор был дохлый.
– Эй! Они уезжают! – услышал я за спиной незнакомый голос.
В следующий миг заднее стекло разлетелось вдребезги.
Ломать комедию больше не имело смысла. Изначально я хотел, чтобы Грин под видом одного из надзирателей-легионовцев не спеша вывез нас из города, но первоначальный план, увы, приказал долго жить.
Оставалось тупо рвать когти.
– Меняемся! – рявкнул я.
Джеральд с явным облегчением перелез на пассажирское, а я занял место за рулем. Не медля, утопил педаль газа в пол и помчался по проулку к пересечению с одной из главных улиц Эль-Вафры.
– Пригнись от греха, – велел я Грину. – Чтобы не подстрелили.
Он послушно сполз вниз, поджав ноги, так, чтобы голова не торчала выше спинки кресла. Машина достопамятного Фарида, казалось, уже позабыла за долгие годы жизни, что у нее есть не только первая и вторая, но и третья с четвертой передачи. Дороги в Эль-Вафре были тем еще испытанием – ухаб на ухабе, – и старое корыто, на которое я раскошелился вчера, рисковало просто развалиться на очередной кочке… но пока нам, по счастью, везло.