Чёрные глаза пронзили карие. Денис послушно замер, холод тонкими струями окутал тело, заставляя ощутить всей кожей странную смесь зависимости и безысходности.
Тишину кабинета нарушил спокойный, ничего не выражающий голос:
— Фарион ушла из подразделения. Она больше не сможет писать статьи для газеты.
Ситников задумался, переваривая услышанное. Реакция не устроила Морана. Что ж, придётся идти до конца.
— Ты скажешь ей об этом. И уволишь, если она не согласится вернуться ко мне.
Денис безмолвно открывал и закрывал рот, напоминая рыбу, вытащенную из воды, но звука не было.
— Ты сделаешь это жёстко, давая Фарион понять — она теряет всё. Слышишь… всё. И напомнишь о странной смерти Ричарда, её бывшего начальника.
— Да, — покорный ответ человека, у которого на несколько мгновений украли душу.
Тщательно изучив личное дело девушки, Берк понял: это будет последней каплей, способной довести брюнетку до точки. Лишиться любимого человека, затем любимой работы, включая друзей, а в последнем Моран был уверен на все сто процентов, видя реакцию его сотрудников на известие о её возвращении. Выбить из-под ног последнее пристанище уютного прошлого — жестокий, но точно рассчитанный удар, отказаться от этого Фарион не сможет. У неё просто не хватит сил. Конечно, Джули сможет начать всё с нуля, но не сейчас. И Берк сделал ставку на время.
Ликвидатор направился к двери, бросив на ходу:
— А обо мне ты забудешь через несколько секунд.
Частое моргание «глисты в корсете» было тому подтверждением.
Пётр Неменцев, абсолютный голый, с оружием Киори на шее стоял посреди заброшенного чердака. Тусклый свет луны пробивался сквозь маленькое, грязное окно, освещая идеально натренированное тело оборотня-кора.
Адель невольно залюбовалась игрой мускулов, в одежде он выглядел совсем иначе. Знание того, кем является этот человек, пугало и одновременно восхищало женщину.
Доминик поймал взгляд вдовы Морана, недовольство лёгкой тенью накрыло красивые черты, но он не имел права вмешиваться… пока что…
Адель приблизилась к Петру. Губы замерли в сантиметре от губ мыши, нежная рука коснулась груди мужчины.
— Я сделаю всё, что ты захочешь, только не трогай Берка.
Доминик вспылил, не в силах вынести сцену:
— Адель, может хватит. Мы выбили твоего сына из игры.
Женщина резко повернулась, холодный взгляд смерил Морана с головы до ног, оборотень невольно вздрогнул.
— Ваши мужские игры не для меня. Ты плохо знаешь Берка, если думаешь, что он отступит.
К Петру повернулась уже другая Адель. Обольстительный голос томно прошептал:
— Я прошу тебя… Помни… всё, что захочешь… — нежная рука проследовала по животу вниз, замерев в ожидании ответа.
— Постараюсь, — хриплый голос Неменцева выдал его волнение.
Адель резко отстранилась, довольная ответом, глаза вампира блеснули во мраке. Доминик стиснул зубы. Мышь, в секунду обратившись, исчез.
Луна скрылась за облаками, две одинокие фигуры слились с тьмой, объединённые общей целью, но каждая преследовала свои.
Шеф позвонил Джули домой, что случалось крайне редко, и потребовал срочно приехать в редакцию для важного разговора. Добираясь до места работы, девушка прокручивала в голове вчерашний разговор с Гаремовой.
Злая, не понимающая происходящего после встречи в VIP-баре, Джули высказывала подруге:
— София, как ты могла…
— У меня есть оправдание: он потрясающий представитель рода самцов, я впала в экстаз… Вот… Кстати, я представляю, как он обнимал ту красотку в баре… Сила, страсть… Ах, — Гаремова мечтательно посмотрела в потолок.
Картинка чужого мужика, как называла Берка Джули, прижимающего к себе красивую женщину, почему-то стояла у Фарион перед глазами, не давая покоя. При воспоминании о нём, о его чувствах в кабинете возникало странное ощущение, некий сплав горечи и холода. Да и почему её волнуют его чувства? Девушка в бессилии упала в кресло:
— Так забирай его себе, только избавь меня от этих дурацких сцен.
Гаремова хитро и, одновременно, грустно улыбнулась:
— Не могу.
— Почему это? — воскликнула Джули.
— Если он и закрутит со мной, то только для того, чтобы добраться до тебя.
Круглые глаза брюнетки — весьма забавное зрелище.
— Милая, он просто использует меня.
Глаза стали ещё круглее. Это был тот редкий случай, когда Фарион не находила слов. Между тем Гаремова продолжала:
— Хотя я и не против быть использованной таким способом, но ты — моя подруга… Не могу.
В комнате воцарилась гнетущая тишина. София разрядила обстановку:
— Спасибо, что не кричишь о том, что у вас с ним никогда ничего не может быть.
Фарион задохнулась от возмущения, диванная подушка полетела в Гаремову.
Бесцеремонно расположившись на кухне у Такера, Марья начала процесс извинений в своей манере.
— Я прошу прощения за инцидент, — вампир закурила, вальяжно выпустила струю дыма в потолок, метнула взгляд в сторону оборотня, — знаешь, нервы иногда шалят.
Такер кивнул головой в подтверждение своих мыслей:
— Берк тебя послал?
— Конечно.
— Если я правильно понимаю, ты — верный пёс ликвидатора, — утверждение, не вопрос, сказанный с целью обидеть женщину.
Любая другая и обиделась бы, но не профессиональный наёмник в лице Ивановой:
— Да, — спокойный взгляд, подтверждающий слова, — только тебя это как касается?
Тема закрыта, быстро и навсегда.
Такер смерил киллера оценивающим взглядом, ехидная улыбка заиграла на губах:
— Тебе в плаще не жарко?
Не говоря ни слова, Марья скинула плащ, заставив змея на секунду затаить дыхание: чёрные кожаные сапоги выше колен, красная мини юбка, красный топ… и всё… в холодный, осенний день.
Эффектно закинув ногу на ногу, вампир потянулась за конфетой, медленно поднесла её к губам, томно посмотрев на змея. Зажав обречённый кусок шоколада зубами так, чтобы часть конфеты выглядывала изо рта, Марья призывно подняла голову, шокируя Такера взглядом, полным первобытного желания.
Как известно, оборотни, хоть и монстры, но не железные. И… если ты не можешь получить желаемого, почему не воспользоваться тем, что имеешь, причём в первоклассном качестве. Они любили других… тех, которые не любили их…
И, кстати, смешивать секс и любовь крайне непрофессионально, а мужчина и женщина в уютной кухне были профессионалами, и не только в работе.
Такер прильнул к губам девушки, ощутив горький вкус шоколада, запах «Шанель?5» и ментола.
Яркий, динамичный, спортивный секс двух опытных сущностей на полу в кухне, знающих, как доставить удовольствие партнёру, не обделив при этом себя…
Натягивая юбку, Марья с серьёзным видом уточнила: